Популярные статьи

Ситуация вокруг соглашения об иранской ядерной программе остается напряженной.  В интервью «Ядерному Контролю» член Экспертного совета ПИР-Центра, советник главы Организации по атомной энергии Ирана посол Али Асгар Солтание обрисовал свое видение международного режима нераспространения и места в нем...

3 сентября 2017 г. КНДР провела свое шестое ядерное испытание. О том, с какой целью могут проводиться ядерные испытания, в интервью «Ядерному Контролю» рассказал член Совета ПИР-Центра, начальник 12 Главного управления министерства обороны России (1992–1997 гг.) генерал-полковник Евгений Маслин.

– З...

В эксклюзивном интервью «Ядерному Контролю» директор по исследованиям организации European Leadership Network (ELN) Лукаш Кулеса рассказывает о том, каким образом европейцы видят свою роль в решении актуальных проблем нераспространения и контроля над вооружениями.

1. Совместный всеобъемлющий план де...

Все Статьи

Опрос



 

Авторы

  • Должность : Доцент
  • Место работы : Место работы: Московский государственный институт международных отношений (МГИМО-Университет) МИД России
  • Должность : Научный сотрудник
  • Место работы : Одесский центр по вопросам нераспространения
  • Должность : Консультант
  • Место работы : Comprehensive Nuclear-Test-Ban Treaty Organization
  • Должность : Член Экспертного совета
  • Место работы : ПИР-Центр
Все эксперты

О результатах деятельности МЦОУ. Блиц-интервью с российскими и зарубежными экспертами. Часть 1

В этом году Международному центру по обогащению урана (МЦОУ) исполняется 10 лет. С ним активно продолжает сотрудничать Украина, членство поддерживают Армения и Казахстан, обсуждается вступление еще одного государства. Как Вы оцениваете результаты деятельности МЦОУ за прошедшее десятилетие?

 

Владимир Кучинов, советник генерального директора ГК «Росатом»:

За прошедшее десятилетие деятельность МЦОУ можно оценить весьма положительно. Этот центр достаточно быстро прошел путь становления с момента подписания основных документов до начала практической деятельности. Если в момент образования МЦОУ в сентябре 2007 года было всего две страны участницы: Россия и Казахстан, то уже в 2010 году к нему присоединилась Украина, а в 2012 году – Армения. В 2010 году МЦОУ был внесен в список установок, к которым могут применяться гарантии МАГАТЭ в соответствии с соглашением между Россией (СССР) и МАГАТЭ о добровольной постановке под гарантии Агентства ряда установок на территории России. В июле 2010 года МАГАТЭ выбрало МЦОУ из этого списка и начало применять к нему свои гарантии. В 2010 году же году на базе МЦОУ был создан гарантийный запас низкообогащенного урана, ставший элементом механизма гарантий поставок для государств – членов МАГАТЭ, поставки в которые прекращены не по техническим или коммерческим причинам. 

 

Михаил Лысенко, доцент МГИМО, директор департамента международного сотрудничества ГК «Росатом» (2008-2014):

[Результаты деятельности МЦОУ за прошедшее десятилетие оцениваю] безусловно положительно. МЦОУ выполнил важную политическую задачу. Он показал, что заложенная в его «идеологию» цель – создать действенную альтернативу попыткам отдельных стран наладить собственное обогатительное производство – достигнута. Одновременно сам МЦОУ остался вне политики, о чем свидетельствует участие в нем Украины. Плюсом является и то, что МЦОУ смог обеспечить себе коммерческую рентабельность.

 

Александр Чебан, научный сотрудник Одесского центра по вопросам нераспространения:

Я позитивно оцениваю деятельность МЦОУ, потому что она способствует решению проблем ядерного распространения, а также помогает странам-участникам решать проблемы развития их ядерной энергетики. Тем не менее, Украине, вероятнее всего, придется всерьез задуматься над тем, чтобы минимизировать свое участие в МЦОУ. В этом нет никакой вины самого центра, который блестяще выполнял свои обязательства перед украинским Государственным концерном «Ядерное топливо». Но Украина оказалась заложником сложных политических обстоятельств, и в обстановке крайне напряженных отношений с Россией Украине часто приходится принимать политически мотивированные решения, пренебрегая экономической выгодой. Политические преимущества от достижения максимально полной независимости от любых поставок из России, по мнению многих украинцев, перевешивают возможные экономические потери Украины из-за прекращения сотрудничества с Россией.

Интересно отметить, что среди украинских специалистов-ядерщиков есть разные мнения по поводу необходимости дальнейшего получения ядерного топлива из России. Иногда приходится слышать мнение, что часто специалисты, обосновывая аргументы за и против поставок российского ядерного топлива на украинские АЭС, руководствуются собственными политическими предпочтениями. Например, те украинские ядерщики, которые поддерживают сближение с Россией, находят больше аргументов для продолжения участия в МЦОУ и отказа от поставок топлива американской компании «Вестингхауз». Применение последнего на украинских АЭС действительно связано с определенными техническими трудностями, но, насколько можно судить исходя из оценок экспертов, эти технические трудности реально преодолеть, и при желании Украина в принципе может отказаться в будущем от российского ядерного топлива.

Другое дело, что такого желания может оказаться у украинского руководства недостаточно. Участие Украины в проектах МЦОУ уже продлено как минимум до 2020 года, и по-видимому, будет продлено и после этой даты. Хотя украинские власти предпочитали бы отказаться от российских поставок, но в ближайшие годы внимание украинских элит будет, вероятнее всего, отвлекать постоянная борьба за власть между разными правящими группировками, и в этих условиях маловероятно, что Украина всерьез займется мерами, направленными на минимизацию российских поставок ядерного топлива.

 

Тарик Рауф, координатор МАГАТЭ по вопросам, касающихся многосторонних подходов к ядерному топливному циклу, гарантийного запаса низкообогащенного урана под управлением МАГАТЭ в Ангарске, Банка низкообогащенного урана под управлением МАГАТЭ в Казахстане, а также гарантий в отношении поставок ядерного топлива (2003-2012):

Тот факт, что МЦОУ празднует десятилетие с момента его создания в 2007 году, заслуживает высокой оценки. Концепция МЦОУ была впервые выдвинута президентом России Владимиром Путиным при подготовке к саммиту «Большой восьмерки» в Санкт-Петербурге в 2006 году. Это произошло после того, как в октябре 2003 года гендиректор МАГАТЭ Мохаммед Эль-Барадеи призвал к принятию нового подхода к чувствительным элементам ЯТЦ – обогащению урана и переработке плутония – в рамках многосторонних подходов в ядерной области (МПЯО). 25 января 2006 года президент Путин предложил, что Российская Федерация могла бы разместить первый из нескольких международных центров ЯТЦ, чтобы предоставлять обогащенный уран для ядерного топлива под наблюдением МАГАТЭ в контексте гарантий в отношении поставок ядерного топлива, как это было предложено гендиректором МАГАТЭ Эль-Барадеи и Международной экспертной группой МАГАТЭ по МПЯО. В соответствии с этим Российская Федерация решила создать первый МЦОУ на площадке АЭХК, задача которого заключается в том, чтобы предоставлять государствам-участникам МЦОУ гарантированный доступ к услугам по обогащению урана, которые предлагаются АЭХК. Государства-участники МЦОУ обязуются не развивать национальную программу по обогащению урана, а вместо этого полагаются на то, что МЦОУ предоставит им НОУ для дальнейшего производства топлива для их АЭС при соблюдении полноохватных гарантий МАГАТЭ. Сперва в МЦОУ вступил Казахстан, затем Украина и Армения. Акционерами МЦОУ являются Росатом (70%), Казатомпром (10%), украинский государственный концерн «Ядерное топливо» (10%), Армянская АЭС (10%). МЦОУ предусматривает, что еще 29% акций будут принадлежать новым акционерам, тогда как 51% останется во владении Росатома. МАГАТЭ является наблюдателем в Совете директоров МЦОУ. В последние пять лет МЦОУ закупал природный уран у Украины в виде закиси-окиси урана для дальнейшего производства топливных сборок для украинских АЭС. 17 ноября 2017 года МЦОУ завершил процедуру импорта уранового оксидного концентрата из Украины, чтобы обеспечить гарантированные поставки обогащенного уранового продукта для топливных сборок, предназначенных для украинских АЭС. Более того, в ведении МЦОУ находится гарантийный запас НОУ, находящийся на площадке АЭХК под управлением МАГАТЭ. Таким образом МЦОУ действовал успешно в продвижении МПЯО, гарантий в отношении поставок обогащенного уранового продукта, устранении необходимости у государств-членов в обогащении урана, а также в размещении гарантийного запаса НОУ под управлением МАГАТЭ. Это говорит об успешной деятельности первого и единственного на данный момент международного центра по обогащению урана.[i]

 


[i] Оригинальный текст:

Tariq Rauf: Coordinator at the IAEA, Multilateral Approaches to the Nuclear Fuel Cycle; IAEA LEU Reserve at Angarsk; IAEA LEU Bank in Kazakhstan; Nuclear Fuel Assurance (2003-2012):

It is highly commendable that the IUEC established in 2007 is celebrating its tenth anniversary in 2017. The concept of an IUEC was first initiated by Russian President Vladimir Putin in the context of the lead up to the 2006 G8 St. Petersburg Summit and followed the October 2003 initiative of IAEA Director General Mohamed ElBaradei calling for a new approach to the sensitive elements of the nuclear fuel cycle – uranium enrichment and plutonium reprocessing – under a new multilateral framework for nuclear energy (MNA).  On 25 January 2006, President Putin proposed that the Russian Federation could host the first of several international nuclear fuel-cycle centres to inter alia provide enriched uranium for nuclear fuel for power reactors under the monitoring of the International Atomic Energy Agency (IAEA) in the context of assurance of supply as proposed by IAEA Director General ElBaradei and by the IAEA International Expert Group on MNA. Accordingly, the Russian Federation decided to establish the first IUEC at the Angarsk Electrolysis Chemical Complex (AECC), with the objective to provide IUEC members with guaranteed access to uranium enrichment services at the AECC. IUEC member States would undertake not to develop national uranium enrichment capabilities on their territory, but instead to rely on the IUEC to provide them with low enriched uranium for fuel for their nuclear power plants (NPP) under IAEA full-scope safeguards. Kazakhstan was the first country to join the IUEC, followed by Ukraine and then Armenia. The IUEC shareholders are the ROSATOM (70%), the NAC Kazatomprom (10%), the (Ukrainian) State Concern Nuclear Fuel (10%), and the JSC Armenian NPP (10%). IUEC foresees further shareholders in the future for 29% with ROSATOM holding the majority share of 51%. The IAEA is invited to be as Observer at the IUEC Governing Board. Over the past five years, the IUEC has purchased natural uranium in the form of triuranium octoxide (U3O8) from Ukraine for fabrication of fuel assemblies for Ukraine’s nuclear power plants. Recently, on 17 November 2017, the IUEC completed the procedure for importing uranium oxide concentrate (UOC) from the Ukraine to ensure guaranteed supply of enriched uranium product (EUP) for fuel for fuel assemblies for Ukrainian nuclear power plants. Furthermore, the IUEC also administers the IAEA Low Enriched Uranium Reserve at the AECC. Thus, in sum, the IUEC has been successful in promoting MNAs, assurances of supply of EUP, obviating the need for uranium enrichment in its partner States, and hosting the IAEA LEU Reserve. This marks the successful operation of the first and only IUEC in the world, thus far.


Выходные данные cтатьи:

Ядерный Контроль, выпуск №11-12 (493-494), Ноябрь-Декабрь 2017

Обсуждение

 
 
loading