Популярные статьи

Международному центру по обогащению урана (МЦОУ) исполнилось 10 лет. Генеральный директор МЦОУ Глеб Ефремов в эксклюзивном интервью Ядерному Контролю рассказывает основателю и советнику ПИР-Центра Владимиру Орлову о достижениях Центра и планах на будущее.

- Какие, на Ваш взгляд, можно подвести основ...

Томский государственный университет давно зарекомендовал себя в российских и международных кругах как «кузница кадров» в области нераспространения ядерного оружия, причем кузница качественная и авторитетная. Поэтому особенно отрадно, что, напряду с подготовкой молодых специалистов в данной сфере, ТГ...

В первые годы после окончания холодной войны Россия не уделяла должного внимания тому факту, что американское ядерное оружие (ЯО) расположено на территории государств, не обладающих ядерным оружием (НЯОГ), так как пыталась выстроить партнерские отношения с США и НАТО. Лишь в последние пять – шесть л...

Все Статьи

Опрос



 

Выход США из ДОН: комментарии экспертов

Андрей Загорский, Ульрих Кюн, Ольга Оликер

Андрей Загорский, заведующий сектором нераспространения и ограничения вооружений ИМЭМО РАН

Общая тональность реакции европейских стран на появившиеся в конце прошлого года сообщения о том, что США готовятся к выходу из Договора по открытому небу (ДОН), определялась поиском путей для сохранения Договора. Значение ДОН для европейских стран НАТО и ЕС определяется тем, что осуществление собственных наблюдательных полетов ослабляет их зависимость от той информации, которую США получают от своих «национальных технических средств» и которой готовы делиться со своими союзниками. Отсутствие у европейских стран собственных сопоставимых с американскими «национальных технических средств» делает их потенциально уязвимыми для возможной манипуляции со стороны США.

Поиск европейскими странами решений проблемы, вставшей в прошлом и получившей развитие в нынешнем году, шел по двум направлениям.

Первое: можно ли найти решение споров по двум вопросам предполагаемых российских нарушений в рамках консультационного механизма, действующего в рамках ДОН, и позволит ли урегулирование этих вопросов остановить выход США из Договора. В этом контексте европейцы рассчитывали бы на определенные компромиссы, на которые пошла бы Россия.

Второе, в случае, если выход США остановить не получится, можно ли будет сохранить договор без США. Эта тема сводилась к простому вопросу – выйдет ли Россия из Договора вслед за США или нет. В случае выхода России ДОН терял бы свой смысл для европейцев даже при условии его формального сохранения в силе.

В этой ситуации Россия стоит перед выбором из четырех вариантов.

 

Первое: попытаться до конца ноября, когда заканчивается срок выхода США из Договора, договориться по спорным вопросам (по крайней мере формально США поставили свой выход в зависимость от устранения или неустранения российских «нарушений»). Представляется, что решить эту задачу будет сложно, тем более что американские претензии к России носят весьма спорный характер. Если для проблемы введенного Россией ограничения дальности полетов над Калининградской областью можно было бы найти решения, то по вопросу о полетах вблизи от границ Абхазии и Южной Осетии компромисс и тем более «уступки» со стороны России вряд ли мыслимы. Россия не разрешает наблюдательные полеты в этой зоне, ссылаясь на положение ДОН о невозможности их проведения в 10-километровой зоне от границы государств, не участвующих в Договоре. Если для России это – границы Абхазии и Южной Осетии, не участвующих в Договоре, то для всех остальных участников Договора это – российско-грузинская граница.

 

Второе: выйти из Договора вслед за США. Такой шаг объяснялся бы не столько военно-политическими соображениями (все последние годы Россия использовала большую часть своей квоты в рамках ДОН для облета территории европейских стран, а не США, так что потери были бы в этом случае относительными), сколько политическими: усилить антиамериканские настроения в Европе, возложив на США всю ответственность за развал режима ДОН. Однако эффект выхода России из Договора скорее всего был бы прямо противоположным: лишив европейцев возможности осуществления самостоятельных наблюдательных полетов над территорией России, Москва поставила бы их в большую зависимость от той информации, которой с ними готовы были бы делиться США. Одновременно выход России из ДОНа усилил бы и без того нараставшее в последние годы разочарование европейцев политикой Москвы и никак не способствовал бы их сближению с Россией.

Третье: не выходить из Договора, но приостановить участие России в нем вплоть до возвращения США в него. Поскольку такое решение предполагало бы прекращение (пусть формально временное) наблюдательных полетов, которые европейские страны могли бы осуществлять над территорией России, его эффект был бы в принципе равнозначен эффекту от выхода из ДОН.

Четвертое: выражая свое сожаление по поводу решения США, остаться в Договоре. Такое решение не только позволило бы продолжить наблюдательные полеты над территорией европейских стран, но и по существу сформировать европейский режим транспарентности в военной области без участия США и сохранить определенную степень независимости американских союзников от информации, которой с ними готовы делиться США. Надо полагать, что многие европейские страны приветствовали бы такое решение, хотя наиболее предпочтительным они считают вариант сохранения Договора с участием США.

Однако такое решение проблемы, которое представляется мне наиболее предпочтительным в сравнении с предыдущими, необходимо сопроводить рядом договоренностей.

- получить от европейских стран гарантии того, что США не будут иметь доступ к получаемой ими в рамках ДОН информации ни прямо, ни косвенно;

- договориться об ограничении дальности полетов над Калининградской областью

- договориться о том, что механизмы Договора не будут использоваться для оказания давления на Россию в вопросах, в которых мы придерживаемся противоположных правовых позиций (границы Абхазии и Грузии).

Читать подробнее 

Ульрих Кюн, руководитель программы по исследования проблем мира и контроля над вооружениями Института исследований проблем мира и политики безопасности Гамбургского университета

Выход США из ДОН – ненужный, если не идиотский шаг. В очередной раз союзники США оказываются между молотом и наковальней. С одной стороны, европейцы хотят по-прежнему пользоваться гарантиями безопасности со стороны США. Поэтому они воздержатся от открытой критики Вашингтона. С другой стороны, они понимают ценность Договора и хотят, чтобы Россия осталась членом ДОН, чтобы наблюдательные полёты продолжались. Таким образом, европейцам необходимо выстроить очень хрупкий баланс между подчинением Вашингтону на публике и фактическим сотрудничеством с Россией. Противоречия между западно- и восточноевропейскими членами НАТО лишь ещё более усложнят этот процесс.

Пока что рано говорить о том, что может стать последним гвоздём в крышке гроба ДОН и о том, будут ли европейцы делиться с США данными, полученными в ходе наблюдательных полетов. Однако, европейским странам следует признать тот факт, что Вашингтон акцентировал отсутствие необходимости в этих данных. Зачем же союзникам США по НАТО делиться информацией, не представляющей ценности? Единственная причина – политические соображения, надежда американских союзников подкупить гегемона в обмен на некоторые политические выгоды. Таким образом, Москве следует проявить мудрость в вопросе ДОН. Если Россия сможет убедить государства-участники в серьёзности своих намерений насчёт сохранения и выполнения Договора, то, возможно, это приведёт к началу подлинного европейского диалога по европейской безопасности. Возможно, в таком случае крах Договора может стать началом столь необходимого диалога о военной предсказуемости на континенте.

Ольга Оликер, директор программы «Россия и Центральная Азия», International Crisis Group

Европейские партнёры ясно дали понять, что они не понимают и не одобряют решение США выйти из Договора и, думаю, они воспротивятся попыткам США заставить их также выйти из Договора. Информацией, полученной в ходе наблюдательных полётов, можно делиться, и в этом и есть смысл транспарентности. Не знаю, будет ли кто-то возражать, чтобы обмен информацией продолжался и дальше (с США – прим. ред) – от этого тоже могут быть свои выгоды.


Выходные данные cтатьи:

Ядерный Контроль, №5 (523), 2020

Обсуждение

 
 
loading