25:2 в пользу инспекций: итоги заседания Совета управляющих МАГАТЭ

26.06.2020

19 июня завершилось очередное заседание Совета управляющих МАГАТЭ, по итогам которого была принята резолюция, призывающая Иран к «полному и своевременному» сотрудничеству с Агентством. В частности, от Ирана требуют предоставить доступ к двум объектам, где по информации МАГАТЭ, ранее осуществлялись работы с ядерными материалами. Резолюция была принята 25 голосами «за», против голосовали Россия и КНР.

МАГАТЭ требует от Тегерана доступа к трём объектам, на которых, как считает Агентство, ранее проводились незаявленные работы с ядерными материалами. Как следует из доклада, ставшего достоянием гласности ещё до начала заседания Совета управляющих, речь идёт о следующих объектах:

  • «Лавизан Шиян» в пригороде Тегерана, который был снесён в 2003-04 годах, после чего туда были допущены инспекторы МАГАТЭ. Как отмечают эксперты портала «Атоминфо», тогда вопросы вызвало наличие на объекте аппаратуры для обнаружения радиационного излучения производства фирмы «Canberra». Сейчас же в МАГАТЭ подозревают, что на объекте проводились незаявленные работы с диском из металлического природного урана. Поскольку само здание было снесено, то цель усилий инспекторов состоит в том, чтобы прояснить происхождение указанного диска и его нынешнее местонахождение, а не получить доступ к уже снесённому объекту.
  • Неназванный объект, координаты которого были переданы иранской стороне, где могли проводиться НИОКР, связанные с ядерным топливным циклом. Как отмечается в докладе, в 2003 году объект мог быть использован для переработки и конверсии урановой руды, с последующим фторированием. [1]
  • Предположительно объект «Абадэ» в центральной части страны, где до 2003 года проводились испытания взрывчатых веществ и нейтронных детекторов. По данным Агентства, с июля 2019 года на объекте ведутся очистительные работы.

Агентство попыталось прояснить вопросы к вышеупомянутым объектам ещё в августе 2019 года, когда направило Ирану соответствующие письма. После нескольких повторных попыток прояснить ситуацию, 26 и 27 января 2020 года МАТАТЭ запросило доступ к объектам, ставшим предметом озабоченности, для взятия проб из окружающей среды. 27 января 2020 года Иран в ответном письме МАГАТЭ заявил, что не может предоставить доступ к указанным объектам. В письме от 28 января 2020 г. иранские представители ссылаются на решение[2] Совета управляющих МАГАТЭ от 15 декабря 2015 года, согласно которому было прекращено рассмотрение прошлой ядерной деятельности Ирана.

В ходе дальнейших консультаций Агентство предоставило Ирану техническое обоснование своего запроса на проведение инспекций. В письме от 2 июня 2020 года Иран заявил, что готов предоставить доступ к объектам, интересующим МАГАТЭ, однако прежде хотел бы разрешить некоторые неясности и проблемы правового характера.

Очевидно, под проблемами правового характера подразумевается то, что запрос Агентства основан на информации, полученной от третьей стороны – в данном случае Израиля. Как заявил[3] постоянный представитель Ирана при МАГАТЭ, «использование информации, полученной в ходе разведывательной деятельности, несовместимо со Статутом Агентства и не накладывает никаких обязательств на Иран». Запрос о проведении инспекций, как считают в Тегеране, также не может быть основан и на снимках со спутников, которые Агентство ранее передало иранской стороне. Иранские представители также указывают на несрочный характер вопроса – в особенности, с учётом того, что Иран обеспечивает беспрецедентный уровень транспарентности в отношении своей ядерной программы. Так, на страну приходится около 20% всех инспекций МАГАТЭ.

Как следует из доклада, в МАГАТЭ заняли жёсткую позицию: там не считают, что речь идёт о каких-либо вопросах или неясностях правового характера и что запрос на проведение инспекций полностью соответствует обязательствам Ирана в соответствии с соглашением о всеобъемлющих гарантиях и Дополнительным протоколом.

Дипломатическая борьба на Совете управляющих

Наиболее жёсткую позицию в ходе обсуждения вопросов Агентства к Ирану, как и ожидалось, заняли США, Израиль и Саудовская Аравия. Неприятным сюрпризом для иранской дипломатии стала позиция «евротройки», полностью солидаризировавшейся с требованиями МАГАТЭ. Таким образом в активе Ирана осталась только поддержка России и Китая, а также нейтралитет ещё нескольких стран. В Тегеране до последнего рассчитывали, что принятие «антииранской» резолюции удастся предотвратить. Так, в самый разгар заседания СУ министр иностранных дел страны Мохаммад Джавад заявил, что найти взаимоприемлемое решение можно будет, если резолюция не будет принята.

Произошедшее 19 июня можно назвать дипломатическим поражением Ирана. 25 голосами «за» Совет управляющих одобрил резолюцию, в которой заявил о поддержке беспристрастных усилий Генерального секретаря и Секретариата по осуществлению Соглашения о всеобъемлющих гарантиях и Дополнительного протокола в Исламской республике Иран и призвал Тегеран незамедлительно и в полной мере удовлетворить запросы МАГАТЭ на получение доступа к вышеуказанным объектам. Россия и Китай выступили против резолюции, ещё 7 стран воздержались.

Как отметил постоянный представитель России при МАГАТЭ Михаил Ульянов, целесообразность принятия резолюции вызывает вопросы, поскольку Иран выразил готовность удовлетворить запрос МАГАТЭ после получения дополнительных разъяснений. «Возникшая напряженность вокруг вопроса о доступе в данном конкретном случае представляется абсолютно ненормальной, поскольку здесь нет ни малейших рисков распространения. Если на площадках, которые стремится посетить Секретариат, и в самом деле велась незаявленная деятельность с небольшим количеством ядерного материала, то она была прекращена самим Ираном 16-17 лет назад. Никаких намеков на то, что Иран в настоящий момент ведет на упомянутых объектах незаявленную ядерную деятельность нет», – отметил дипломат.

Ульянов также подчеркнул, что в дальнейшем следовало бы выработать чёткие правила обращения с информацией, полученной от третьих стран. Он также призвал Секретариат представить соображения по этому вопросу к сентябрьской сессии Совета. Прежде Россия неоднократно заявляла о недопустимости произвола в обращении с информацией применительно к осуществлению гарантий. Так, ещё в 2014 г. посол по особым поручениям МИД России Григорий Берденников заявлял: «К сожалению, ложные обвинения, выдвигаемые заинтересованными сторонами для оказания политического давления на отдельные страны, остаются частью нынешнего политического ландшафта. Такие обвинения – весьма обыденное дело во многих областях, включая вопросы нераспространения, и следует признать, что порой могут затрагивать вопросы войны и мира. Более того, у разведывательных служб может возникнуть искушение проверить данные, полученные оперативным путём, через МАГАТЭ».

Что дальше?

Есть риск, что Иран может пойти «на принцип» и отказаться предоставить инспекторам МАГАТЭ доступ к объектам, ставшим предметом обеспокоенности Секретариата. Такой шаг был бы вызван, скорее, внутриполитическими соображениями, стремлением подыграть консерваторам, стремительно набирающим позиции в иранской политике. Так, спикер иранского меджлиса Мохаммад Галибаф уже заявил, что в ответ на щедрое сотрудничество Иран лишь столкнулся со враждебностью Запада, а отдельные депутаты призвали прекратить инспекции МАГАТЭ.

Как представляется, Тегеран мало что выиграет, пойдя на дальнейшее обострение отношений с МАГАТЭ. И хотя сами объекты вряд ли могут представлять серьёзную угрозу режиму ядерного нераспространения, под давлением США Агентство вынуждено демонстрировать более жёсткий подход по отношению к Ирану. Вероятно, через какое-то время Иран допустит представителей МАГАТЭ на интересующие их объекты, предварительно завершив там очистительные работы.

При этом следует держать в уме стремление США не допустить снятия оружейного эмбарго против Ирана. Если 30 июня соответствующая резолюция СБ ООН будет заблокирована Россией и Китаем, то в Вашингтоне намерены запустить механизм возврата всех санкций ООН, действовавших до принятия резолюции 2231, одобрившей СВПД. В случае если планы США будут реализованы, есть риск, что недопуск инспекторов на объекты, где работы с ядерными материалами велись 17 лет назад – самое малое из того, чего стоит опасаться.



[1] https://www.iaea.org/sites/default/files/20/06/gov2020-30.pdf

[2] https://www.iaea.org/sites/default/files/gov-2015-72-derestricted.pdf

[3] https://www.iranwatch.org/library/governments/iran/islamic-republic-news-agency-irna/envoy-reaffirms-irans-principal-policy-cooperation-iaea

Комментарии к посту

Комментариев еще нет
loading