Хронометр

открытие для подписания Конвенции о ядерной безопасности
21.09.1994
достижение договоренности между 15 странами, входящими в Группу ядерных поставщиков, по Руководящим принципам ядерного экспорта
21.09.1977

Индекс международной безопасности iSi

PIR PRESS LOGO

ПИР-ПРЕСС сообщает

18.09.2018

«Следует расширять возможности в сфере просвещения и обучения для женщин и молодого поколения, тем самым вовлекая их в процессы разоружения. Следует также активнее привлекать экспертов, представителей промышленных кругов и гражданского общества к усилиям ООН в области разоружения», –  говорится в докладе Генерального секретаря о работе Консультативного совета по вопросам разоружения в 2018 году.

14.09.2018

«Полагаем, в интересах и России, и США поддерживать жизнеспособность важного международного инструмента, которым является ДРСМД», – заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков на зседании Международного клуба "Триалог".

12.09.2018

«Уже на первой встрече студенты поставили перед нами высокую планку. К нам приехали не просто студенты: у многих за плечами несколько лет очень интересной работы как в сфере международных отношений, так и в других областях. Почти каждый так или иначе говорит по-русски. Все мы в предвкушении интересной работы. Постараемся познакомить студентов с нашими партнерами, самыми опытными экспертами», - директор ПИР-Центра Альберт Зульхарнеев.

Русские Гавайи в документах

21 мая (2 июня) 1816 г. в торжественной обстановке Каумуалии — «король островов Сандвичевских, лежащих в Тихом Северном океане, Атуваи и Нигау, урожденный принц островов Овагу и Мауви» — смиренно просил «Его величество государя императора Александра Павловича... принять его помянутые острова под свое покровительство» и обещал навсегда быть верным «российскому скипетру».

1 (13) июля 1816 г. был заключен «тайный трактат» между российским подданным доктором Егором Шеффером и королем Каумуалии, по условиям которого Каумуалии выделял 500 человек для завоевания «ему принадлежавших и силою отнятых» островов Оаху, Ланаи, Науи, Малокаи «и прочие», а общее руководство экспедицией поручил доктору медицины. «Король дает доктору Шефферу, — указывалось в трактате, — бланк на оную экспедицию и всякую помощь для строения крепостей на всех островах, в коих крепостях и будут русские командиры, так, как в гавани Ганаруа (Гонолулу) на острове Вагу» (Оаху). Особо оговаривалось, что Российско-американская компания получила от короля «половинную часть» принадлежавшего ему Оаху, а также «все сандальное дерево» на этом острове. Каумуалии обязывался заплатить «за все, что он получил и еще получит, как-то: за арматуру и амуницию брига и шхуны и прочие реквизиции — сандальным деревом и откажет себе во всякой торговле с гражданами союзного штата Америки» (т.е. Соединенными Штатами). Со своей стороны, доктор Шеффер брал на себя обязательство «завести фабрики и лучшую экономию, через которую бы здешние жители просветились и обогатились»

Текст "Тайного трактата" 

Источник: Русская Америка

 

При «благоприязненном расположении» короля Каумуалии доктор Шеффер, согласно документам, «в продолжении 14 месяцев выстроил на Атувае с помощью данных от короля островитян в Вегмейской долине несколько домиков для фактории и завел сады, а для магазина король дал каменное строение; по его же приказанию старшины провинции, в которой гавань Ганнарей, торжественно сдали оную Шефферу с населяющими оную 30 семействами. Он осмотрел сию гавань, реку Вагмею, озера и все местоположение, заложил на трех возвышенностях крепости, назвав одну Александровской, другую Елизаветинской и третью именем Барклая, а долину Ганнарейскую по желанию короля наименовал по своему имени Шефферовой... К строению оных крепостей король давал своих людей.

Сия провинция изобильна малыми речками, богатыми рыбами, поля, горы и вообще местоположение пленительное, почва же земли благонадежнейшая к насаждению винограда, хлопчатой бумаги, сахарного тростника, которых он несколько и насадил, заводя сады и огороды для многих нежных плодов. Урожай оных удостоверил Шеффера о великой пользе, которую сие место и вообще все острова приносить могут России, и даже вычислил интерес из того урожая, который он видел от своего насаждения

 

Сообщая в феврале 1818 г. об окончательном решении Александра I по вопросу о Сандвичевых островах, министр иностранных дел России Нессельроде писал: «Государь император изволит полагать, что приобретение сих островов и добровольное их поступление в его покровительство не только не может принесть России никакой существенной пользы, но, напротив, во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами. И потому Его величеству угодно, чтобы королю Томари, изъявя всю возможную приветливость и желание сохранить с ним приязненные сношения, от него помянутого акта не принимать, а только ограничиться постановлением с ним вышеупомянутых благоприязненных сношений и действовать к распространению с Сандвичевыми островами торговых оборотов Американской компании, поколику оные сообразны будут сему порядку дел»

 

 

 

Мнение совета Российско-Американской компании о необходимых мерах по укреплению торговых связей компании с Сандвичевыми островами, 26 марта 1818 г.[1]

 

1818 г. марта 26 дня состоящий под высочайшим его императорского величества покровительством Российско-Американской компании совет, слушавший отношение его высокопревосходительства, г. действительного тайного советника, сенатора, члена государственного совета, министра внутренних дел и кавалера Осипа Петровича Козодавлева, присланное на имя главного правления Российско-Американской компании от 13 числа текущего марта под №65, коим предлагает, чтобы правление компании представило все обстоятельства со всею подробностию на рассмотрение сего совета к исполнению высочайшей его императорского величества воли, объявленной ему г. министру от 24 минувшего февраля в сообщении управляющего министерством иностранных дел, его сиятельства графа Карла Васильевича Нессельрода, касательно акта, полученного от Томари Таеевича, короля двух Сандвичевых островов Атувая и Нигау, коим сей король просит, чтобы его императорское величество удостоил принять его с народом и теми островами под высочайшее свое покровительство, обещаясь быть верным со всеми будущими своими наследниками; высочайшая же его императорского величества воля изображена графом Карлом Васильевичем в следующих словах: «что государь император изволит полагать, что приобретение сих островов и добровольное их поступление в его покровительство не только не может приносить России никакой существенной пользы, но напротив во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами и потому его величеству угодно чтобы королю Томари, изъявя всю возможную приветливость и желание сохранить с ним приязненные сношения, от него помянутого акта не принимать, а только ограничиться постановлением с ним вышеупомянутых благоприязненных сношений, в каковых он находится с другими независимыми государствами, и действовать к распространению с Сандвичевыми островами торговых оборотов Американской компании, поколику оные сообразны будут сему порядку дел. На сем единственно правиле компания должна в тех местах располагать своими предприятиями». Сверх сего его сиятельство присовокупил: «чего хотя полученные донесения от доктора Шеффера доказывают необходимые поступки его, подавшие уже повод к некоторым неблагоприятным заключениям, при всем том его величество, не приступая еще ни к какому положительному решению, соизволил принять нужным дождаться наперед дальнейших по сему предмету известий».

Вследствие сей высочайшей воли совет слушал так же и дело, по оному предмету начавшееся в главном компании правлении и нашел: 1) Когда получено было в оном правлении прямо с Сандвичевых островов, чрез Кантон и Данию предварительное сведение от комиссионера ее, доктора Шеффера, что помянутый король повергает себя в высочайшее покровительство, при коем доставлена и копия с врученного ему королем акта, оригинал, которого Шеффер обещал доставить на российском корабле; тогда же именно 15 августа минувшего года при всеподданнейшем его императорскому величеству от правления компании донесении чрез г. министра внутренних дел представлена та копия с письмом означенного доктора Шеффера, при коем оная приложена была. А в ожидании на событие сие высочайшей резолюции, и как уже доктор Шеффер, бывший при помянутых островах с двумя судами Российско-Американской компании получил в пользу ее от означенного короля для плантажей земли, заключил особые с ним конвенции, застроил факторию, - то правление компании, чтобы сим начатые с королем Томари дружеские и коммерческие связи не расстроить, а облегчить для будущего времени, ежели на то последует дозволение государя императора, нужным почло послать наставление с отправляющимся тогда же из Кронштадта кругом света казенным фрегатом «Камчаткою», полагая, что сей фрегат может пристать к означенным островам. Сие наставление адресовано тому лицу, которое начальствует отрядом русских, на помянутых островах находящихся, а в нем от 20 августа предписаны правила:

а) О защите короля Томари от других островных владельцев, ежели токмо оные случатся не по влиянию какой-либо европейской нации, или не от нее самой;

б) о  уважении сего короля столько, сколько требует образ дикой его жизни;

в) в спорах и делах, могущих случиться между русскими и индейцами, самим не управляться без отношения к королю и требования его правосудия;

г) о неделании островитянами ни малейших обид в присвоении их собственности и женского пола; д) о неупотреблении островитян в работы без платы и принужденно и

е) о производстве торговых связей на том порядке, как до того происходило, пока получатся оттоль обстоятельные сведения и даны будут по оным надлежащие предписания. Потом и сведения сии получены правлением компании чрез Охотск 15 ноября, быв посланы туда на бостонском для компании фрактованном судне «Брутус» от управляющего компанейскими колониями г. Баранова, при коих приложен и оригинальный акт короля Томари о подданстве его. В них заключается следующее:

1) Четыре конвенции сего короля с доктором Шеффером от имени Российско-Американской компании: одна о возвращении ей пограбленного, года за три пред тем, груза, оставшегося с разбитого при острове Атувае корабля ее, о производстве исключительной торговли сандальным благовонным деревом, растущим на том острове, с одною только компаниею, - о дозволении ей строить во всех местах фактории и заводить плантажи с помощью островитян. Другая, - о уступке на вечность в пользу компании половинной части острова Вагу в жителями, и что есть в земле оного, а в замену того компания должна сделать королю помощь под управлением того доктора Шеффера в звании шефа его войск из 500 человек, для возвращения отторгнутых у него островов Вагу, Ранай, Мауви, Маранай и прочих, кои король также покоряет высокому покровительству государя императора. Третие, чтобы американской компании купить на свой щет у бостонского капитана Витимора военное судно за какую бы то ни было сумму, которое употребить для помянутого возвращения островов, а взамен сей покупки король заплатит компании благовонным деревом; и четвертая, что король дарит г. Баранову на острове Вагу, при гавани Ганнарау королевскую деревню, без взимания себе податей.

2) Что доктор Шеффер, вследствие сих конвенций, купил уже у бостонца военное судно «Эван» на щет компании, а в пользу короля за 200 тыс. рублей и перевел платеж к г. Баранову, но сей той покупки не аппробовал и от платежа отказал, потому что он его на все такие дела не уполномочивал, а поручал токмо высвободить пограбленный груз, а буде можно, завести и торг сандальным деревом; следовательно, и принятие в подданство короля совершенно далеко за пределы его власти, и подарки его компании, и оседлости аппробуются ли верховным правительством или нет, также неизвестно, а до того времени запрещает г. Баранов Шефферу входить в каковые-либо дальнейшие спекуляции, требуя от него возвращения бывших с ним судов «Кадьяка» и «Ильмены», экипажей их и о представлении щета о всем вверенном ему капитале, коего у него числится около 200 тыс. рублей. Сии сведения г. Баранов получил на возвратившемся от помянутых островов корабле «Открытие». Суперкарг Торопогрицкий уверяет, что он видел построенную Шеффером на острове Атувае компанейскую факторию, состоящую в доме и магазинах, а сам Шеффер уведомляет г. Баранова, что он не может скоро возвратиться к нему для отчета потому, что данную компании королем землю засеял, засевает и насаживает всякою огородною зеленью, табаком, хлопчатою бумагою, сахарным тростником, кокосовыми деревьями, бананами, тарою, картофелем, арбузами, орехами, куркумою, виноградом, ананасами, померанцами и что он скоро будет принимать целую губернию, королем компании подаренную на острове Ваге. Из сего заключить должно, что он Шеффер отправится на сей остров с войском Томари на купленном для него судне, или на другом компанейском, не дождавши на то одобрения своего начальства. Сии события определением сего совета 19 генваря текущего года поручено правлению компании довести до сведения управляющего иностранным министерством, что им того же числа и исполнено, причем представлен и вышепоминаемый акт короля Томари о его покорении. А по получении нынешнего предложения от г. министра внутренних дел, с объявлением высочайшей воли, оно при исправлении обыкновенной своей годовой в нынешнем марте месяце переписки по всем своим делам с главноуправляющим нашими колониями г. Барановым, от 15 числа марта немедленно предварило уже одного г. Баранова о помянутом высочайшем соизволении, препроводив к нему с отношения г. министра внутренних дел скрепленный список. А до сождания, какое по оному последует дальнейшее сего совета рассуждение, предписало ему г. Баранову, чтобы он доктора Шеффера, яко поступившего в действиях своих на Сандвичевых островах с величайшею легкомысленностию и потому заслуживающего непременно оттоль вызова, дабы не допустить его наделать и еще каких не позволенных поступков, и тем удалить все могущие быть неприятности, а особливо в приведении в исполнение высочайшей воли, ныне не объявленной, постарался принять все меры в вызову его к себе и не дозволил бы ему далее властвовать там ко вреду прочих полезных для компании видов, а потом бы выпроводил его и сюда чрез Охотск. Но как и иностранец и, разочтяся с компанией, может быть, пожелает сам по себе опять обратиться на Сандвичевы острова, дабы обладать подаренною ему землею от другого короля Томи-Оми, в чем ему, без явного нарушения прав его свободы, воспрепятствовать неможно, особенно, когда узнает он, что король Томари не принят в покровительство России, то ежели бы случилось, что он подлинно предпринял обратиться паки на те острова на иностранных судах и, может быть, еще под благовидным каким предлогом, то бы постарался г. Баранов соделать его дружественным для компании, которой он в противном расположении может наделать много вреда, в чем бы советовался с г. Гагенмейстером, начальником отправленной компанией в 1816 г. кругом света экспедиции, и г. Головниным, начальником военного фрегата «Камчатка», который намеревался непременно быть на Сандвичевых островах и в нашем Ново-Архангельске. Из всего сего совет, усматривая, что к точному исполнению высочайшей его императорского величества воли в отношении установления торговых связей с Сандвичевыми островами сделаны уже от правления Американской компании надлежащие распоряжения, в дополнение к оным полагает:

1)           В рассуждении возвращения королю Томари акта его, когда оный будет возвращен в главное компании правление, поручить сему правлению отослать его к г. Баранову с тем, чтобы он, ежели застанет еще там начальника экспедиции г. Гагенмейстера, отправил с ним сей акт королю Томари, и в лице его, как штаб-офицера императорской службы и человека благоразумного, объявил владетелю Атувая, «что государь император, как отец своего народа, никогда не оставит покровительствовать и защищать своих верноподданных, обращающихся по делам торговым и промышленным в отдаленных частях света, будучи уверен, что они во всяком случае окажут себя достойными подданными его императорского величества как в соблюдении спокойствия, не нарушающего ничьих народных прав, так и дружеских взаимных связей, с кем бы не имели дело; а в сем уверении и ожидая, с другой стороны, равного и справедливого возмездия и дружеских расположений к его верноподданным как от самого владетеля островов, так и подвластных ему обитателей оных, всемилостивейше оставляет его в полной независимой свободе, желая токмо, чтобы в такой же свободе искренней дружбы и для взаимной пользы были принимаемы им русские подданные, торгующие и промышляющие в составе Российско-Американской компании и под ее флагом». Ежели же на то время не случится г. Гагенмейстера, то поручить сие исполнить другому надежному офицеру, знающему английский язык, на котором и Томари несколько изъясняется, или в случае неимения такого, то умнейшему из прикащиков компании, и особенно Торопогрицкому, бывшему уже на оных островах, следовательно, знающему тамошние островские обыкновения. По исполнении же сего поручения было бы донесено главному компании правлению с подробностию о чувствах и расположении, с коими король Томари примет сей монаршей отзыв.

2)           В рассуждении оказания всей возможной приветливости владетелю Томари, просить г. министра внутренних дел, дабы исходатайствовал у государя императора всемилостивейшее соизволение на пожалование ему при изъявлении вышеизложенного отзыва, золотой медали с надписью «Королю или владетелю Сандвичевых островов Томари, в знак дружбы его к россиянам», которую и вручить ему именем его императорского величества с Анненскою лентою для ношения на шее, также ежели благоугодно будет его величеству, то можно присовокупить к сему знаку и подарок, стоящий в кортике и в кармазинном плаще с золотыми кистями и газом; в прочем совет всеподданнейше представляет все сие в монаршее его императорского величества соизволение.

3)           Относительно торговых действий Российско-Американской компании с Сандвичевыми островами, чтобы оные производимы были согласно объявленной высочайшей воли, и чтобы нужные для безопасности торговли приобретения земли на сих островах могли быть поддерживаемы, ежели заключается в них существенная польза по ее видам, предоставить главному компании правлению ныне же, не упушая время к удобному достижению в Охотск и отправлению оттоль в Ново-Архангельск судов, послать к г. Баранову ордер, в коем, сверх предписанного уже ему предварительно от 15 числа сего марта, включить и вышеизложенное совета заключение, а относительно вызова доктора Шеффера подтвердить ему г. Баранову, чтобы он непременно удалил его с Сандвичевых островов, а на место его к спокойному управлению теми торговыми и хозяйственными производствами, какие уже там к взаимной пользе компании и островитян начаты и впредь без малейшего опасения или прекословия могут быть продолжаемы точно на основании вышеизображенной высочайшей воли, определил другого человека надежного, умного и скромного, и в подробности, каким образом ему поступать, дал бы ему инструкцию, сообразно тому наставлению, которое послано уже на лицо управляющего тамошней факториею от главного компании правления.

И наконец 4) сие совета постановление в копии представить г. министру внутренних дел от имени главного компании правления.

Подлинный подписали: Иван Вайдемейер, Гаврила Сарычев, Яков Дружинин, Михайла Булдаков, Венедикт Крамер, Андрей Северин и правитель канцелярии Зеленский.

 


[1] ЛОЦИА, фонд департ. Мануфактуры и внутренней торговли, 2 отд. 2 ст., 1817 г., д. № 350, лл. 17-24


Добавление, представленное Шеффером к записке, поданной им Александру I, 2 марта 1819 г.[1]

 

Если б потребно было знать, полезны ли для государства торговля Российско-Американской компании и самая сия компания или нет, то запрос сей разрешился бы сам собою тем, что торговлею сей компании за меховой американский товар приобретаются большие прибытки и еще больших оная ожидать может впоследствии времени от благоприятных случаев, самим временем доставляемых. И обстоятельства нынешние, как я о том изъяснил в моей записке, не могут быть благоприятнее, чтоб торговле сей доставить самым деятельнейшим средством прочное, надежное и благоуспешное распространение в сей части света, как самой торговле, как и колониям ее, занятием Сандвичевых островов. Без сего средства мы лишимся колониальных наших владений на северозападном береге Америки, и в скорости завладеют оными американцы Соединенных Штатов. С другой стороны, англичане ежегодно продолжают распространять свои владения в Азии, и Россия вскоре найдется принужденною прибегнуть к насильственный мерам, чтоб удерживать [выгоды], доставляемые ей ныне торговлею с Китаем, Америкою и иными частями в Азии. Американцы Соединенных Штатов под разными предлогами давно уже тем только и занимаются, чтоб нам учинять всякие препятствия в наших предприятиях в сей части света, употребляют даже для сего ложные донесения и разглашения, как-то якобы мы с ними находимся в войне и по сему вынуждены будем оставить Сандвичевы острова. Гражданин Бульфинк в Бостоне обнародовал ложь, что большая часть занимаемых Российскою компаниею в Америке селений уже учинилась его с товарищами собственностию. Они хитрят против нас в Китае, и объявление 5 декабря сего 1818 их военным секретарем Колгуном публикованное, не оставляет ни малейшего сомнения в намерении их, чтоб уничтожить нашу торговлю между Азиею и Америкою. Зная сие их недоброжелательство, мы с г.-м. лейтенантом Подушкиным, руководствовались в торговых наших сношених на Сандвичевых островах всякими благоразумными средствами, дружественно и условливаясь во всем непринужденно с островитянами. Англичане отказали в покровительстве, просимом владетелем Тама-амагою на острове Оваге — все же острова сии были открыты гишпанцами, которые никогда ими не занимались. Владетель же Томари на островах Атувае, Нигае и др. добровольно сам согласился быть зависящим от России и, конечно, не европейцы имеют право сими островами располагать, но сами островитяне. Стоит токмо взглянуть на карту, чтоб усмотреть все те выгоды, каковых Россия ожидать может от обладания сими островами, но надлежит сие предприятие совершить в наискорейшем времени, ибо спустя с год в промедлении, уже будет поздно. При сем и то, что единственно от владения сими островами Россия сделается независимою по многим предметам, за которые платит иноземцам знатные суммы и каковые ей доставлять могут сии острова, как-то: сахар, кофе, пряности, лекарственные растения, красильные и прочие статьи, учинившиеся необходимыми для всех почти народов в свете. К тому же ни на Курильских островах, ни в Камчатке, ни в Охотске, ни на Алеутских островах и ни на наших берегах северозападной Америки не имеется ни соли, ни хлеба, а острова Сандвичевы изобилуют оными и по тому сими важными предметами споспешествовать могут ко благоденствию обывателей сих мест.

Георг Шеффер[2]

 

 

Извлечение из представленного Г. Шеффером журнала его пребывания на Сандвичевых островах[1]

 

Доктор Шеффер, приглашенный главным колоний наших правителем, отправился на Сандвичевы острова, имея главнейшее поручение выручить мирным образом ограбленный груз с разбившегося в начале 1815 года у острова Атувая компанейского брига «Беринга». Сей груз стоил около 100 тыс. рублей, и присвоен островитянами, вопреки желания короля Томари, нынешнего владельца двух токмо островов. В октябре того ж 1815 года приплыл он на американском судне «Изабелле» к самому большому из южных сей купы островов Овайги, на коем жительствует другой король Камегамеа или Томи-Оми[2].

Главный правитель колоний, знав, что сей король Томи-Оми во всем сильнее короля Томари, имеет маленькую флотилию, пушки и войско, хотел чрез него принудить к возвращению пограбленного, ежели бы добровольно не удовлетворил компанию, а потому при почтительном письме своем послал к нему медаль имянем его величества государя императора для ношения на шее на Владимирской ленте, но прежде, нежели мог Шеффер быть на берегу, некоторые американские капитаны или шкипора, бывшие прежде в наших колониях, а потом пришедшие туда со своими судами, а наиболее старой Эбец Гунт[3] Адамс и старой Джон Юнг, давно живущий на сем острове, в качестве губернатора[4] и имеющий великое влияние на короля, успели уже Томи-Оми и многих лучших островитян уверить, что прибытие его, Шеффера, и ожидаемые им вскоре из Ново-Архангельска суда, суть неприязненные намерения русских, почему письмо с медалью, наперед посланное к Томи-Оми, было не распечатано и возвращено[5].

Когда Шеффер улучил время съехать на берег в урочище Кайруа, где Томи-Оми имел тогда жительство, и его уверить в противном о неприязненных внушениях американских капитанов, то сей владелец сделался благосклоннее. Он церемониально и стоя на коленях принял от Шеффера и возложил на себя присланную ему медаль, обещал давать ему провизию, построить для него несколько соломенных домиков для жительства, что и исполнил, а потом, когда Шеффер выпользовал от болезни королеву Кагуману и самого короля от простудной горячки, то и довольно много сблизил себя с ним, но более тем, что попустил ему самовольно брать у него из его гардероба и из компанейского имущества вещи, какие хотел. Его же семейство: королев, шурина и некоторых важных островитян, обещавших убедить короля Томари возвратить компанейский груз, о чем к нему именем Томи-Оми послали сказать, одарил он вещами, за что получил и от них подарки в землях для плантаций на другом острове Вагу и владетельные на них грамоты. В ожидании прибытия из Ново-Архангельска назначенных к Шефферу судов проходило около 6 месяцев, в которое время Шеффер подаренные ему земли на урочище Ваймея, преимущественно же на другом острове Вагу, куда король дозволил ему съездить и купить у королевы Кагуманы еще землю под плантаж, осмотрел и нашел их способнейшими к возделыванию для многих предметов, изобильными разными строевыми лесами и сандальным деревом, водою, рыбою, дикими быками и прочим. Он на подаренных землях сделал уже и насаждения многих статей. Между тем северо-американцы с помощью злодея старого Юнга расстраивали короля Томи-Оми и даже довели было до согласия убить его, Шеффера. Может быть, сие и совершилось бы, но ускорившее прибытие компанейского корабля «Открытие», а вскоре за ним и другого «Ильмены», зашедшего туда с берегов Нового Альбиона, не допустило сего сделать.

Оставив заведенные им на Вагу при одной гавани под 21º 21´ северной широты и 157º 58´ западной долготы от Гринвича плантации в смотрение промышленного Кичерева, сам отправился на «Открытии» к острову Атувай, где король Томари принял его хоть и дружелюбнейшим образом[6], однакож замечено было в нем некоторое замешательство, происходившее, как после открылось, от таковых же неприязненных внушений северо-американских шкиперов, каковые сделаны и у Томи-Оми. Он обещал письменными актами заплатить за пограбленное у компании имущество сандальными и благовонными деревьями; вести торг с одними русскими, дать компании под плантаж на вечные времена земли целой губернии, дозволить на Атувае завести фактории, где понадобится, потом пожелал предать себя вечно покровительству его величества государя императора и сие последнее утвердил торжественным образом в виду своего народа, выпросив для сего нарочно с корабля «Открытие» российский флаг, который выставлял он всякий раз у своего дома, также выпросил и мундир морского офицера, который на себя и надел. Сие событие правление компании имело уже счастие довести до сведения вышнего начальства и получило высочайшее его императорского величества соизволение, чтобы компания ограничилась тем благоприятным с сим королем сношением, в каковом находится он с другими независимыми государствами, и действовать к распространению на тех островах торговыми оборотами, поколику оные сообразны будут сему порядку дел. Сверх того, его величество соизволил повелеть королю Томари, за ласковый прием русских, оказать приветливость присланными из кабинета подарками, состоящими в богатых епанче, кортике и золотой медали. Г. Шеффер уверяет, что тот король на приверженность свою к его величеству при торжественном объявлении пред своим народом даже присягал, положив правую руку на евангелие и крест.

При том благоприязненном расположении короля Томари доктор Шеффер в продолжении 14 месяцев выстроил на Атувае с помощию данных от короля островитян в Вегмейской долине несколько домиков для фактории и завел сады, а для магазина король дал каменное строение; по его же приказанию старшины провинции, в которой гавань Ганнарей, торжественно сдали оную Шефферу с населяющими оную 30 семействами. Он осмотрел сию гавань, реку Вагмею, озера и все местоположение, заложил на трех возвышенностях крепости, назвав одну Александровскою, другую Елисаветинскою и третию именем Барклая, а долину Ганнарейскую по желанию короля наименовал по своему имени ІІІефферовою, равно и прочие урочища, речки, озера и людей переименовал он русскими именами. К строению оных крепостей король давал своих людей. Сия провинция изобильна малыми речками, богатыми рыбами, поля, горы и вообще местоположение пленительное, почва же земли благонадежнейшая к насаждению винограда, хлопчатой бумаги, сахарного тростника, которых он несколько и рассадил, заводя сады и огороды для многих нежных плодов. Урожай оных удостоверил Шеффера о великой пользе, которую сие место и вообще все острова приносить могут России, и даже вычислил интерес из того урожая, который он видел от своего насаждения. А как сие сделал он более умозрительно, где и по какой цене можно сбывать, то самую вероятность можно полагать хотя четвертою долею менее исчисленных им выгод, то и тогда довольно значительная польза может быть, включая тут сандальные и благовонное дерево, для которого можно начать и особенное лесоводство.

Между тем как Шеффер упражнялся в Ганнарее, прибыла к Атуваю иностранная несколько военная шкуна, «Леди», которую Шеффер по желанию короля купил для него и отдал ему, но платеж за оную должен быть со стороны компании, которая за то должна получить возмездие сандальным деревом, которое, по уверению короля, было почти уже готово. Сия шкуна, по желанию Шеффера, посылана была на остров Вагу осведомиться, в каком состоянии находится тамошняя фактория. По возвращении ее возвратились и все те компанейские люди, кои там были для насаждения, ибо индейцы, по наущению изверга Джона Юнга и других северо-американцев, требовали удаления и угрожали убийством. Таким образом кончилась наша фактория на Вагу, и подаренные и проданные семейством Томи-Оми земли обратились во власть прежних владельцев.

А как старой Юнг и северо-американцы не удовольствовались уничтожением сей фактории, но желали, чтоб уничтожить и русских выгнать из Атувая, конечно, из боязни, чтоб король Томари, приобретший себе военное судно, при помощи наших людей, не сделался сильным, то и в сем они успели. Они не один раз покушались сорвать выставленный у дома Томари русский флаг, до чего однако ж он не допускал, но наконец, по сильному убеждению сих злодеев, с 8 маия 1817 года открыл он неприязненное расположение, угрожающее Шефферу и всем нашим людям потерянием жизни. Выставленный на место российского другой флаг, на коем означались пушечные ядра, то ясно объяснял.

Наконец потребовано, чтоб все русские удалились на свое судно, с которого уже никого на берег не пускали и всякое сношение воспрещено, почему Шеффер решился удалиться. Сам на иностранном судне отплыл в Кантон, чтоб скорее достигнуть сюда и донести о всех событиях, а судно «Открытие» с людьми отправил в нашу Новоархангельскую колонию. Следовательно ни за прежде пограбленное и за то, что раздарено было вновь и по конвенциям торговым назначено получить сандальным деревом, всего на все около 200 т. руб. осталось присвоенным королем Томари. А как сверх судна «Открытия» прибыло из Ново-Архангельска на остров Вагу и другое судно «Кадьяк», но по сделавшейся в нем великой течи и гнилости исправить оного было не можно, то и сие судно осталось также брошенным на берегу и будет гнить или дикие разломают и разграбят.

Правитель канцелярии надворный советник Зеленский

 


[1] ЛОЦИ.А, ф. департ. мануфактур и внутренней торговли, 2 отд., 2 ст., 1819 г., д. № 406, лл. 35-37.

[2] Сей король весьма стар. Он был владетелем небольшой северной части «сего острова, но по суровому своему нраву и по алчности к обогащению и грабежу, при помощи поселившихся у него иностранцев, беглых из Новой Голландии, тирански умертвил короля южной половины и прочих королей и их родственников других островов, ныне ему подвластных, а в том числе и короля Дажио, управлявшего островами: Вагу, Мауви, Ранаем, Атуваем и Нигау, также умертвил. Сын его Томари спасся убегом на Атувай, где и остался управлять двумя островами, к северу и далеко от Овайги лежащими (Примечание в подлиннике).

[3] О дурных поступках сего шкипора Гунта или Ханта, соделанных в нашем Новоархангельском порте, правление компании представили г. управляющему иностранным министерством его сиятельству графу Нессельроде от 26 апреля прошлого 1817 г. для доведения до сведения его императорского величества. (Примечание в подлиннике).

[4] Сей престарелой Юнг, беглой английской матрос с корабля, давно живет на острове Овайги. Злодейскою своею нравственностью приобрел у Томи-Оми великую доверенность. Он достоин был в отечестве виселицы за злодейское угождение королю в подношении ему мяса младенцев, им убиваемых нарочно тогда, когда жесткий король сей вздумает ловить удою рыбу, которая всего лучше любит наживку человеческого мяса. Ныне он тайным агентом у северо-американцев. Такой же изверг из английских матросов живет и на Атувае. Он бежал с корабля с прочими товарищами, убив капитана одного. (Примечание в подлиннике).

[5] Еще в 1809 г., когда корабль компании «Нева», под начальством лейтенанта Гагеимейстера приставал к Овайги, то северо-американские шкипера разносили тогда слух по всем островам, будто русские хотят притти и завладеть оными. Английской фрегат «Корнвалис» из Ост-Индии нарочно заходил к сим островам узнать, не поселились ли на оных русские. (Примечание в подлиннике)

[6] Еще в 1806 г., когда компанейский корабль «Нева» под начальством Лисянского, приставал к сему острову, то Томари, умеющий довольно хорошо объясняться на английском языке, просил офицеров наших снабдить его оружием и порохом для защиты против Тома-Оми, когда он нападает на него; однакож в том было ему отказано. Он крайне был прискорбен, когда корабль сей отплыл, ибо тогда слуха носились, что Томи-Оми собрал до 10 тыс. войска и готовился плыть на Атувай. Случившиеся в войске сем болезни и недостаток в продовольствии отвратили сие нападение. Когда сей же корабль вторично в 1809 г. был у сего острова под начальством Гагенмейстера, то Томари изъявлял великое желание допустить у него людям, кои бы могли защищать его против мстительного Томи-Оми. (Примечание в подлиннике)


 

Акт, подписанный королем двух Сандвичевых (Гавайских) островов Томари о принятии им русского подданства, 21 мая 1816 г.[1]

 

Его величество Томари Тае-евич, король островов Сандвических, лежащих в Тихом Северном океане, Атувай и Нигау, урожденный принц островов Овагу и Мауви, просит его величество государя императора Александра Павловича, самодержца всероссийского и пр. и пр. и пр. принять его помянутые острова под свое покровительство и хочет быть навсегда российскому скипетру с своими наследниками верен; в знак верности и преданности принял российский флаг от корабля «Открытие», Российской-Американской компании принадлежащего.

Знак короля Ⅹ Томари

Переведена на сандвический язык и обнародована самим королем жителям островов Атувай и Нигау.

Российский императорский коллежский ассесор, Российской компании комиссионер, медицины и хирургии доктор Егор де Шеффер. Читана на корабле «Открытие» при собрании всего экипажа людей 38.

Корабельного экипажа флота лейтенант и кавалер Подушкин.

"Акт"-прошение короля Тамари

Источник: Русская Америка

 


[1] ЛОЦИА, фонд департ. торговли, 2 отд. 2 ст., 1817 г., д. № 350, л.5

loading