Популярные статьи

Современную систему гарантий МАГАТЭ можно охарактеризовать как международную систему контроля выполнения государствами своих обязательств по мирному использованию ядерной энергии. С момента ее установления в 1961 г. система находится в развитии, отвечая на вызовы времени и ожидания государств. В 199...

Вызовы в сфере кибербезопасности стали одной из ключевых проблем для операторов критической инфраструктуры энергетики, транспорта, связи и других отраслей. Отдельное место занимает кибербезопасность гражданских ядерных объектов. В чем особенности ядерного сектора с точки зрения обеспечения кибербезо...

Эта статья опубликована в бюллетене "Ядерный Контроль".

Читать бюллетень

 

В ноябре 2018 года на национальном референдуме население Тайваня проголосовало против отказа от атомной энергетики к 2025 году. Плана отказаться от мирного атома придерживалась находящаяся у власти с 2016 года Демократическая...

Все Статьи

Опрос




 

Авторы

  • Должность : Координатор Информационной Программы, редактор бюллетеня «Ядерный контроль»
  • Место работы : ПИР-Центр
Все эксперты

SM-3 IIA всё еще не могут повлиять на стратегический баланс

Никита Дегтярёв

16 ноября США провели успешное испытание противоракеты SM-3 Block IIA по мишени, имитирующей межконтинентальную баллистическую ракету. Редакция решила поговорить с экспертом о последствиях такого испытания на стратегическую стабильность. В интервью координатору Информационной Программы ПИР-Центра Никите Дегтярёву научный сотрудник Института США и Канады РАН Олег Криволапов рассказал о последствиях испытания SM-3 Block IIA на стратегическую стабильность, об угрозе российским стратегическим системам и о будущем американской системы ПРО.

 

Block IIA и осуществили перехват цели класса межконтинентальная баллистическая ракета (МБР). Какие могут быть последствия такого теста для развития системы ПРО и стратегической стабильности?

 

Архитектура национальной ПРО США состоит в основном из перехватчиков GBI (Ground-Based Interceptor) – их сейчас 44, большая часть на Аляске. Они должны решать задачу перехвата межконтинентальных баллистических ракет. Испытание SM-3 IIA доказало теорию о том, что этот перехватчик может выполнять задачу перехвата МБР. Как говорят сами американцы, цель – усиление защиты Гавайев от возможного удара со стороны Северной Кореи. Но это не исключает возможность перехвата МБР других стран. И если по США будет нанесён ракетно-ядерный удар с применением МБР, то перехватчики SM-3 IIA на кораблях в Атлантическом и Тихом океанах могли бы взять часть «нагрузки» на себя и помочь основным GBI, развернутым на Аляске.

Еще нельзя говорить о том, что Россия или Китай будут неспособны произвести ответный ядерный удар, если вдруг США нанесут первый ядерный удар. Стратегическая стабильность сохраняется. Одно дело – на испытаниях перехватить простую мишень с характеристиками МБР, другое дело – в боевых условиях перехватить МБР, которая будет снабжена средствами преодоления ПРО (такими как ложные цели). То есть SM-3 IIA всё еще не могут повлиять на стратегический баланс, в кратко- и среднесрочной перспективе.

 

Верно ли утверждение, что на данный момент угроз для российских стратегических систем нет в связи с этими испытаниями?

 

Думаю, что на данный момент таких угроз все еще нет. Стратегические ядерные силы России обладают большими возможностями по преодолению ПРО.

 

Каковы перспективы развития ПРО у США? Какие могут быть или уже происходят доктринальные изменения? Будет ли продолжаться развитие концепции достартового перехвата?

 

Продолжая тему о внедрении региональных систем ПРО в архитектуру национальной ПРО, защиты от МБР, в прошлом году Агентство по ПРО анонсировало исследование по поводу системы THAAD, о том, может ли она справляться с задачами перехвата МБР. Система THAAD работает на конечном участке и на границе заатмосферного и конечного участков. Теория состоит в том, что на этапе входа головных частей от МБР в атмосферу они могли бы быть перехвачены системой THAAD. Пока неясно, что будет с финансированием данного исследовании в рамках программы THAAD.

Национальная программа ПРО претерпела изменения за прошлый и позапрошлый год. Это связано с тем, что программа планируемого с 2014 года новой боевой части стратегического перехватчика GBI, была свернута в 2019 году.

Теперь планируется Next Generation Interceptor, вместо GBI – новый стратегический перехватчик. Неизвестно, когда он будет создан и развернут на Аляске. По оценкам, к концу 2020-х годов.

Касательно концепции «достартового перехвата» (left-of-launch), средства, призванные ее обеспечить, будут дальше расти, насколько позволит бюджет. Сейчас развивается программа сенсоров космического базирования для того, чтобы из космоса фиксировать перемещение мобильных баллистических ракет, подвижных грунтовых ракетных комплексов. Это направление  (космические сенсоры) получит дальнейшее развитие.

Второй компонент left-of-launch – это высокоточные наступательные вооружения наземного, морского, воздушного базирования. Предполагается киберкомпонент концепции «достартового перехвата», чтобы выводить из строя системы боевого управления противника, чтобы он не сумел в нужный момент запустить ракеты.

Неопределенна судьба еще одного направления развития ПРО – защита от гиперзвуковых систем. Есть теория о том, что можно развить уже существующие системы, чтобы они справлялись с гиперзвуковыми системами, или же придется создавать совершенно новый перехватчик. Работа в данном направлении затормозилась. Многое будет зависеть от финансирования.

В приоритетах администрации США, по крайней мере уходящей, по бюджетному запросу на 2021-ый финансовый год, было развитие программ Aegis и THAAD, космических сенсоров, а также перехватчиков нового поколения (NGI), которые придут на смену GBI.

Американская система ПРО последовательно развивается в сторону эшелонированной интегрированной системы, все элементы которой должны быть связаны между собой через систему командования, контроля, боевого управления и связи (C2BMC). В идеале эта система должна будет интегрировать данные со всех сенсоров – радаров наземного и морского базирования, космических сенсоров – и отправлять эту информацию на наиболее подходящие системы ПРО для перехвата запущенных ракет.


Выходные данные cтатьи:

Ядерный Контроль, выпуск № 9 (527), ноябрь 2020

Обсуждение

 
 
loading