ПРО, транспарентность и перспективы российско-американских отношений

31.05.2013

Предсказывать российско-американские отношения – занятие рискованное. В последние несколько месяцев СМИ, ссылаясь на «источники, близкие» то к российскому МИДу, то к Госдепартаменту США, несколько раз прозрачно намекали, что ожидается если не прорыв, то, по крайней мере, какой-то сдвиг относительно ПРО или дальнейших сокращений стратегических вооружений. Но каждый раз российские дипломаты опровергали эти сообщения. Поскольку средства массовой информации, публиковавшие такого рода прогнозы, болезненными фантазиями не страдают, невольно напрашивается объяснение: в Москве сталкиваются несколько линий, влияние каждой из которых на формирование внешней политики постоянно меняется.  Сторонники одной исходят из того, что можно было бы сделать некоторые, пусть символические шаги навстречу администрации Обамы, получив за это взамен кое-что существенное. Другие – опасаются, что ввязавшись в переговоры можно в них увязнуть и, в конечном итоге, ради достижения соглашения пойти на слишком большие уступки американцам. Третьи, наконец, вообще не видят необходимости налаживать отношения с США.

Тем не менее можно предположить, что все же Москва пойдет на переговоры с Вашингтоном относительно транспарентности ПРО и мер доверия в этой области. По крайней мере, эта возможность открыто не отрицается, а тональность заявлений российских официальных лиц по проблеме ПРО заметно мягче, чем, например, в первые месяцы 2013 года. Поэтому можно попробовать обрисовать некоторые аспекты той проблемы, которая может стать предметом дискуссий.

Предложив заключить соглашение о транспарентности и мерах доверия американская администрация исходила, на первый взгляд, из вполне разумных соображений. Рассказав Москве о деталях разворачиваемой системы ПРО можно убедить ее в том, что озабоченности, о которых постоянно говорят российсчкие дипломаты и военные, не имеют под собой оснований.  А устранив эти озабоченности, можно перейти к тому, что действительно представляет для США интререс: сокращение стратегических ядерных вооружений и нестратегическое ядерное оружие в Европе. Идея сама по себе неплоха, но дьявол, как известно, скрывается в деталях.

В самом общем виде способность противоракеты уничтожить цель, то есть боеголовку вражеской баллистической ракеты зависит от большого количества разноплановых факторов. Среди них, в  частности: временной промежуток между стартами ракеты, подлежащей перехвату, и противоракеты; быстродействие комъютеров, рассчитывающих траекторию движения ракеты-цели и полетное задание противоракеты; длительность активной фазы движения противоракеты; скорость, которую она набирает к моменту прекращения работы двигателя; взаимное расположения мест старта ракеты-цели и противоракеты; траектория движения ракеты-цели; а также способность ступени-перехватчика выделить боеголовку на фоне помех и ложных целей и уничтожить ее путем прямого столкновения. Эти и практически все остальные тактико-технические характеристики компонентов системы ПРО являются секретными, хотя некоторые из них, по крайней мере, теоретически, можно определить отслеживая с помощью радиолокаторов и спутников-разведчиков испытания противоракет.

В процессе выработки соглашения о транспарентности российские переговорщики, как легко предположить, будут требовать от американских визави предоставления максимально широкой информации, в том числе строго секретных данных, а также настаивать на обязательности ее проверки. Если США согласятся с этими требованиями, то российские специалисты получат доступ к крайне «чувствительной» и стратегически важной информации. Уверенности в том, что эта информация не попадет в Иран или Северную Корею, нет и не может быть. Если же американская сторона откажется предоставлять полностью данные, которые, скорее всего, будет запрашивать Россия, то у последней появится возможность обвинить США в провале переговоров и, таким образом, оправдать максимально жесткую позицию по отношению к ПРО, разворачиваемой как в Европе, так и в США.

При этом, предполагаемая линия России на переговорах относительно соглашения о транспарентности и мерах доверия имеет свою логику. Если США хотят не просто что-то рассказать о своей ПРО, но доказать, что она не может угрожать российским силам сдерживания, то они должны предоставить проверяемые данные относительно всех параметров ПРО, от которых зависит ее эффективность в различных ситуациях. Так, некоторые американские специалисты считают, что противоракеты SM-3 Block IIA, развернутые на кораблях вблизи побережья Соединенных Штатов, могут перехватывать боевые блоки российских МБР и БРПЛ на подступах к американской территории. Для того, чтобы опровергнуть или подтвердить этот вывод, необходимо, помимо всего прочего, максимально точно знать характеристики датчиков, обнаруживающих атакующий боевой блок на фоне помех. А это имеет критическое значение для разработки действенных способов преодоления ПРО.

Помимо сугубо технических есть серьезные политические проблемы. Соглашение о транспарентности вызовет очень жесткую критику со стороны республиканской фракции в Конгрессе. Далее, само по себе такое соглашение не означает отказа Москвы от муссируемых ею озабоченностей и требования юридически обязывающих гарантий того, что американская ПРО не будет угрожать силам сдерживания России. Кроме того, российское дипломатическое ведомство недавно в очередной раз подчеркнуло, что новые переговоры по стратегическим наступательным вооружениям возможны лишь с учетом стратегических средств в неядерном оснащении, противоракетной обороны и обычных вооружений в Европе. Это де факто перечеркивает перспективы таких переговоров. Иными словами, предлагая России заключить соглашение о транспарентности Вашингтон может сам загнать себя в дипломатическую ловушку.

Комментарии к посту

Комментариев еще нет
loading