Лакмусовая бумажка для Ирана

18.06.2013

Многочисленные комментарии политиков и экспертов относительно победы Хассана Роухани можно разделить на две группы. Первая, вкратце, сводится к тому, что в результате демократического волеизъявления иранского народа президентом страны стал реформатор, обещавший вывести страну из международной изоляции, известный «гибким» подходом к ядерной проблеме. Соответственно, отодвигается или снимается вообще перспектива военной операции против Ирана, которую Запад всеми силами хотел бы избежать, а главная задача США и европейских государств – помочь новому лидеру найти разумный выход из тупика, в котором оказался Иран в результате недальновидной политики Ахмадинежада.

Вторая – представляет точку зрения скептиков. Само по себе избрание Роухани, считают они, ни о чем не говорит. Позиция Ирана по ядерной проблеме и, добавим, по Сирии определяется не президентом, а Верховным лидером - Али Хаменеи, которого отнести к реформаторам и умеренным довольно трудно. Может измениться переговорная тактика и внешнеполитичекая риторика, но стратегия останется прежней – затянуть переговоры до того момента, когда Иран сможет собрать несколько ядерных зарядов в течении нескольких недель. Иными словами, оптимизм, связанный с победой Роухани, не более чем wishful thinking.

Жизнь, разумеется, покажет какая из этих точек зрения правильна. Но есть несколько моментов, которые трудно игнорировать.

Во многом, победа Роухани - результат жестких экономических санкций, введенных западными странами против Ирана. Впервые за всю историю иранского ядерного кризиса большинство населения этой страны на собственном опыте почувствовало, что за сомнительное удовольствие получить когда-нибудь ядерное оружие приходится расплачиваться падением жизненного уровня. Многие сделали правильный выбор и проголосовали за кандидата, с которым связывают надежды на снятие санкций. Оправдаются эти надежды или нет, сказать трудно, но если Запад смягчит экономическое давление на Иран не получив, как любят выражаться российские дипломаты, «юридически обязывающих гарантий» того, что Иран отказался от ядерных амбиций, то будет потерян важный, возможно, ключевой инструмент воздействия на Тегеран.

Далее, характеристики Роухани как «реформатора» и «умеренного»  звучат, естественно, весьма привлекательно. Заметим, однако, что применительно к иранской верхушке эти термины имеют во многом иное содержание, чем, например, в европейском или даже российском контексте. Но главное в другом. Чтобы они не означали, это относится прежде всего к внутренней иранской проблематике. Для внешнего же мира в первую очередь важна линия Ирана в отношении ядерного оружия, а не то, в какой мере Коран, сунны и фетвы Верховного лидера должны регулировать экономические отношения или число жен, полагающихся правоверному мусульманину.

Теперь о подходе Роухани к ядерной проблеме. Будучи в первой половине 2000х годов главным иранским переговорщиком по ядерной проблематике он поддержал временное замораживание деятельности по обогащанию урана. Это вызвало скандальное выяснение отношений с Ахмадинежадом и увольнение Роухани. В 2006 году в письме в Тайм он писал «Иран, имеющий ядерное оружие, дестабилизирует регион, подтолкнет гонку вооружений и растратит скудные ресурсы». В ходе предвыборной кампании Роухани обвинял Ахмадинежада и Джалили, иранского представителя на переговорах по ядерной проблеме, в излишней агресссивности и бескомпромисности, приведших к санкциям и, соответственно, к тяжелым последствиям для экономики, обещал избирателям добиваться «конструктивного взаимодействия» и примирения с внешним миром», говорил о том, что «последние восемь лет не должны продолжаться». Однако Роухани никогда и нигде не говорил о прекращении ядерной программы, которая, по его словам, предполагает строительство ядерных реакторов исключительно для производства энергии и  в медицинских целях.

В первой после победы на выборах пресс-конференции Роухани заявил: «Наша ядерная программа абсолютно транспарентна. Но мы готовы продемонстрировать большую транспарентность, чтобы весь мир убедился, что действия Исламской Республики Иран полностью соответствуют международным установлениям» [i]. Это – важная формула, раскрывающая, возможно, суть переговорной стратегии нового президента. Вместо того, чтобы обсуждать условия, на которых Иран мог бы отказаться от обогащения урана и другой деятельности, связанной с созданием ядерного оружия, иранские переговорщики, большие мастера юридической казуистики, постараются сфокусировать переговоры на вопросе о том, соответствует ли ядерная программа Ирана Договору о нераспространении ядерного оружия.

Между тем, ДНЯО – документ юридически слабый, неконкретный и противоречивый. С одной стороны, в нем содержится обязательство неядерных государств «не производить и не приобретать каким-либо иным способом ядерное оружие или другие ядерные взрывные устройства». Но с другой, - назойливо подчеркивается «неотъемлемое право всех Участников Договора развивать исследования, производство и использование ядерной энергии в мирных целях без дискриминации»; говорится, что все участники ДНЯО «обязуются способствовать возможно самому полному обмену оборудованием, материалами, научной и технической информацией об использовании ядерной энергии в мирных целях и имеют право участвовать в таком обмене». Иными словами, ДНЯО, как таковой, например, никоим образом не запрещает Ирану обогащать уран вплоть до 90 процентов, если только не будет доказано, что это делается военных целях.

Таким образом, оснований для более или менее обоснованных оптимистических выводов относительно перспектив урегулирования иранского ядерного кризиса пока нет. Скорее, Тегеран пострается максимально использовать репутацию нового президента как «умеренного» и «гибкого» лидера для того, чтобы смягчить санкции, не отказываясь при этом от ключевых элементов ядерной программы. Главный аргумент – надо помочь Роухани преодолеть сопротивление консерваторов. Такой подход может найти позитивный отклик у определенных кругов в США и Европе, что, на деле, никак не будет способствовать разрешению иранского ядерного кризиса.

Но, разумеется, нельзя, исключать, что в иранской элите, наконец-то, поняли, что открытое противостояние с Западом оборачивается болезненными последствиями для экономики и, следовательно, политической стабильности в стране, не говоря уже о перспективах «военного варианта», грозящего падением нынешнего режима. Можно даже предположить, что часть правящей верхушки, действительно, стремится найти подлинное решение ядерной проблемы, то есть отказаться от создания ядерного оружия. В этом есть своя логика: будут сняты санкции и, что еще важнее, Иран сможет войти в число привилегированных партнеров Запада в регионе, вернув себе примерно ту роль, которую он играл до свержения шахского режима. Помимо всего прочего, это будет гораздо более надежной гарантией его безопасности, чем любые резолюции Совета безопасности ООН или иные, столь же сомнительные международные обязательства. Подобный сценарий разрешения ядерного кризиса нельзя исключать. Однако два вопроса остаются открытыми. Каковы параметры возможного компромиса между Ираном и ведущими государствами Запада; иными словами, означает ли он, что Иран готов на деле, а не словах отказаться от создания ядерного оружия? Насколько влиятельна «реформаторская» группировка в иранском истеблишменте?

Как бы то ни было, мяч сегодня на стороне Тегерана. Иранская элита должна предоставить убедительные доказательства отказа от создания ядерного оружия, прежде всего, прекратить производство обогащенного урана, передать под международный контроль его накопленные запасы и разрешить доступ международных инспекторов в места, где предположительно могут разрабатываться компоненты ядерных боеприпасов. Без этого снятие санкций продемонстрирует только слабость Запада и, соответственно, подтолкнет  иранскую верхушку к новому витку ядерного кризиса.

 


[i] "Our nuclear programs are completely transparent. But we are ready to show greater transparency and make clear for the whole world that the steps of the Islamic Republic of Iran are completely within international frameworks". The Jerusalem Post. May, 17, 2013. - http://www.jpost.com/Iranian-Threat/News/Rohani-says-Iran-is-ready-to-show-greater-transparency-on-nuclear-program-316823

Комментарии к посту

Комментариев еще нет
loading