Si vis pacem

29.12.2014

В последнюю пятницу 2014 г., 26 декабря была введена в действие новая военная доктрина Российской Федерации. Это не стало неожиданностью для экспертов, о том, что Россия работает над новой редакцией доктрины, было известно уже несколько месяцев. В начале сентября об этом сообщил заместитель секретаря Совета безопасности Михаил Попов,[1] 24 ноября президент РФ Владимир Путин заявил: «уже подготовили ряд концептуальных документов в области обороны, которые определяют цели, направления деятельности и облик вооруженных сил на ближайшие 10-15 лет».[2]   

С одной стороны, обновление главного военного документа страны выглядит вполне логично. Предыдущая военная доктрина принималась в мирном 2010 г., когда «перезагрузка» в отношениях между Россией и США еще выглядела многообещающе, Москва и Вашингтон подписали и ратифицировали новый договор о сокращении стратегических наступательных вооружений, а соперничество между Россией и Европой достигало максимального напряжения на площадке ФИФА в ходе выбора страны-хозяина чемпионата мира по футболу 2018 г.

С другой стороны, военная доктрина – в первую очередь, документ об общих принципах и подходах государства к военной деятельности, что делает ее достаточно абстрактной. Позапрошлая военная доктрина действовала 10 лет (с 2000 по 2010 гг.), благополучно пережив множество внешнеполитических катаклизмов.

В итоге, принципиальных изменений документ не претерпел. Большинство нововведений емко описываются фразой о «смещении военных опасностей и военных угроз в информационное пространство и внутреннюю сферу Российской Федерации». Тем не менее, и за пределами информационного пространства и внутренней сферы доктрина получила интересные обновления. Более того, если абстрагироваться от внутриполитических вопросов, в стратегическом международном плане новая военная доктрина выглядит даже более «мирной» и настроенной на сотрудничество, чем ее предшественница.

И если топ основных внешних военных опасностей не поменялся (наращивание потенциала НАТО, подрыв региональной и глобальной стабильности и развертывание войск на границах России и т.д.), то среди новых угроз важно отметить такой непротиворечивый пункт как угрозу терроризма, включая возможное использование экстремистами оружия массового уничтожения:

  • растущая угроза глобального экстремизма (терроризма) и его новых проявлений в условиях недостаточно эффективного международного антитеррористического сотрудничества, реальная угроза проведения терактов с применением радиоактивных и токсичных химических веществ, расширение масштабов транснациональной организованной преступности, прежде всего незаконного оборота оружия и наркотиков;

а среди основных задач Российской Федерации по сдерживанию и предотвращению военных конфликтов появился пункт, посвященный Конвенции о бактериологическом оружии:

  • разработка и принятие международного механизма контроля за соблюдением Конвенции о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического), токсинного оружия и об их уничтожении;


Ядерный щит

В отличии от предыдущей редакции военной доктрины, из раздела «Особенности современных военных конфликтов» исчезла угроза возможного применения ядерного оружия («В случае возникновения военного конфликта с применением обычных средств поражения (крупномасштабной войны, региональной войны), ставящего под угрозу само существование государства, обладание ядерным оружием может привести к перерастанию такого военного конфликта в ядерный военный конфликт» ВД-2010). Ядерные силы государств по-прежнему рассматриваются в рамках стратегии сдерживания:

  • Ядерное оружие будет оставаться важным фактором предотвращения возникновения ядерных военных конфликтов и военных конфликтов с применением обычных средств поражения (крупномасштабной войны, региональной войны).

В этом же контексте упоминается ядерное оружие России:

  • Российская Федерация оставляет за собой право применить ядерное оружие в ответ на применение против нее и (или) ее союзников ядерного и других видов оружия массового поражения, а также в случае агрессии против Российской Федерации с применением обычного оружия, когда под угрозу поставлено само существование государства

При этом, помимо собственно ядерного сдерживания, среди задач Вооруженных Сил появилось стратегическое неядерное сдерживание, которое определяется как:

  • комплекс внешнеполитических, военных и военно-технических мер, направленных на предотвращение агрессии против Российской Федерации неядерными средствами.

Новая концепция может указывать как на повышение роли дипломатии в обеспечении национальной безопасности России, так и на признание важности новых видов вооружения, включая Быстрый глобальный удар (Prompt Global Strike) США, и необходимость реагировать на подобные вызовы.   

 

Зарубежные партнеры

«Основные задачи Российской Федерации по сдерживанию и предотвращению военных конфликтов» впервые обозначили роль формата БРИКС в поддержании мира и стабильности (наряду с ОДКБ, СНГ, ОБСЕ, ШОС и т.д.)

  • расширение круга государств - партнеров и развитие  сотрудничества с ними на основе общих интересов в сфере  укрепления международной безопасности в соответствии с  положениями Устава ООН, общепризнанными принципами и  нормами международного права и международными договорами  Российской Федерации, расширение взаимодействия с  государствами - участниками БРИКС (Федеративная Республика  Бразилия, Российская Федерация, Республика  Индия, Китайская  Народная Республика и Южно-Африканская Республика);

При этом из текста не исчезли пункты о взаимодействии с НАТО и ЕС. Москва настроена на «поддержание равноправного диалога в сфере европейской безопасности с Европейским союзом и НАТО».

Судя по тексту документа, Россия готова взаимодействовать со странами Запада в рамках «соблюдения международных договоров в области сокращения и ограничения ракетно-ядерных вооружений» и «заключения и реализации соглашений в области контроля над обычными вооружениями». Остался на повестке дня и вопрос ПРО. Формулировка дополнилась рядом уточнений, но к сотрудничеству в данной сфере Россия по-прежнему открыта:

  • формирование механизмов взаимовыгодного двустороннего и многостороннего сотрудничества в противодействии вероятным ракетным угрозам, включая при необходимости создание совместных систем противоракетной обороны с равноправным российским участием;

 

Космос как предчувствие

Если в 2010 г. космическая тематика в «Основных задачах Российской Федерации по сдерживанию и предотвращению военных конфликтов» исчерпывалась одним пунктом:

  • заключение международного договора о предотвращении размещения в космическом пространстве любых видов оружия;

то в 2014 г. противодействие вепонизации космоса оказалось в фокусе внимания, охватив четыре пункта Основных задач:

  • противодействие попыткам отдельных государств (групп государств) добиться военного превосходства путем развертывания систем стратегической противоракетной обороны, размещения оружия в космическом пространстве, развертывания стратегических неядерных систем высокоточного оружия;
  • заключение международного договора о предотвращении размещения в космическом пространстве любых видов оружия;
  • согласование в рамках ООН элементов нормативного регулирования безопасного осуществления космической деятельности, включая безопасность операций в космическом пространстве в их общетехническом понимании;
  • укрепление потенциала Российской Федерации в области мониторинга объектов и событий в околоземном пространстве, включая механизм международного взаимодействия в указанной области;

Помимо космических рубежей особое внимание в Военной доктрине оказалось уделано рубежам северным. Вооруженные Силы будут ответственны, помимо прочего, за «обеспечение национальных интересов Российской Федерации в Арктике».

 

Итоги

Новая военная доктрина обозначила приоритеты России в сфере региональной и международной безопасности. В обеспечении безопасности Москва будет опираться на механизмы ООН и своих союзников (включая страны БРИКС), при этом, Россия остается открыта для сотрудничества с НАТО по взаимно важным вопросам. Москва видит в ядерном оружии сдерживающий потенциал, который будет усиливаться неядерными компонентами. Стратегическими задачами были объявлены борьба с вепонизацией космического пространства и распространением оружия массового уничтожения (включая доступ террористов к ОМУ). Обе задачи выглядят достаточно непротиворечиво, что может обеспечить инициативам России широкую поддержку мирового сообщества.  

В целом, набор внешнеполитических целей и инструментарий для их достижения, озвученные в Военной доктрине, выглядит сбалансировано. Для их успешной реализации достаточно практически воплотить положения раздела IV «Военно-экономическое обеспечение обороны» и не допустить применения на практике пункта 34 «Основные задачи Вооруженных Сил в военное время».    


[1] Александр Братерский. Очень военная доктрина. Газета.ру. 02.09.14 http://www.gazeta.ru/politics/2014/09/02_a_6200765.shtml

[2] В России разработана новая военная доктрина. Lenta.ru. 24.11.14 http://lenta.ru/news/2014/11/24/doctrine/

Комментарии к посту

Комментариев еще нет
loading