Чек-лист для президента: союзники и решение Кеннеди о применении ЯО во время Берлинского кризиса 61

26.06.2020

С самого основания НАТО ядерное оружие (ЯО) являлось одним из важнейших инструментов обеспечения безопасности союзников. Однако на заре ядерной эры оно не было интегрировано в структуры Альянса – ядерная гарантия безопасности союзников была уделом США.

В 50-е годы, отмечает П. Бютё, когда основополагающая роль ЯО в обеспечении безопасности и обороны союзников была закреплена в программных документах, и по решению НАТО американское ЯО было размещено в Европе, сложилась парадоксальная ситуация: контроль над основным гарантом безопасности по-прежнему оставался за пределами институциональных рамок Альянса; судьбоносные для союзников решения принимались прежде всего США и в меньшей степени Великобританией, единственными в то время ядерными державами НАТО. Требования неядерных членов о предоставлении им права голоса в вопросах ядерной политики запустили непростой процесс поиска приемлемых механизмов. Но мир не стоял на месте. Параллельно выработке таких механизмов разворачивались события, которые требовали принятия тех самых судьбоносных решений.

На период поиска пришлись опаснейшие ядерные кризисы, история которых, а вместе с ней и история НАТО, продолжают открываться нам по мере рассекречивания архивных документов. Один из таких документов, относящийся к истории Берлинского кризиса 1961, несколько недель назад был опубликован National Security Archives. Документ под названием «Контрольный список действий президента» представляет собой «спешно составленный чек-лист шагов, которые президент США был обязан предпринять перед применением ЯО в соответствии с договорённостями между США и государствами, на территории которых были расположены американские базы». Чек-лист был отправлен советнику по национальной безопасности М. Банди 28 июля 1961 и отражает существовавшие на тот момент реалии.

Летом 1961 года администрация Дж. Кеннеди была озабочена пересмотром ядерной стратегии и планов ведения ядерной войны; велись переговоры об использования военных баз на территории союзников. На 28 июля 1961 далеко не все союзные и дружественные государства имели соответствующие соглашения с США. В отличие от одних, кому посредством договорённостей удалось при определённых обстоятельствах обеспечить своё участие в процессе принятия решений, другие были из него исключены.

Соглашения с Великобританией соответствовали статусу «особых отношений» между государствами. Согласно их условиям, решение о запуске американского ЯО с территории британских баз принималось совместно президентом США и премьер-министром Великобритании. Кроме того, перед применением ЯО откуда бы то ни было США должны проконсультироваться с Лондоном, если на это есть время. В соглашениях отдельно отмечалась необходимость проведения таких консультаций как с Великобританией, так и с другими союзникам перед запуском БРПЛ Polaris[1].

Определённые договорённости были достигнуты и с Канадой. Вопросы размещения ЯО, осуществления операций с ЯО, а также полёта над канадской территорией должны были решаться при участии правительства Канады. Вместе с тем, полёты с ядерными боеприпасами на борту допускались в условиях повышенной боевой готовности, однако применение ЯО было возможно только при его санкционировании премьер-министром Канады.

Для консультаций с Францией по вопросам о применении ЯО, согласно действовавшему между государствами соглашению, была установлена линия прямой связи. Исключением являлась ситуация, когда «атака настолько неминуема, что на кону стоит существование США». Использование военных баз на территории Франции было возможно при принятии государствами совместного соответствующего решения.

Использование военных баз на Тайване, в Норвегии и Исландии также было возможно при согласии правительств данных государств, однако применение ЯО с территории настоящих баз не было предметом соглашений. По договорённости же с Японией президенту США следовало получить согласие правительства на размещение ЯО и начало военных операций.

Решение о запуске ЯО с военных баз в Дании, Греции, Италии, Нидерландах и Португалии (в том числе в качестве ответного удара в случае ядерной атаки на США) надлежало считать решением, соответствующим планам НАТО.

При принятии президентом США решения о применении ЯО с территории военных баз в Турции и Испании Мадрид и Анкара не имели права голоса. В документе значится, что в этом случае президент исходил бы из того, что его решение продиктовано необходимостью обеспечения безопасности и обороны НАТО и Запада соответственно.

Наконец, на момент подготовки «Контрольного списка» не существовало никаких договорённостей, которые бы ограничивали единоличное принятие президентом США решения о применении ЯО с военных баз в ФРГ, Марокко, Южной Корее, Вест-Индии, на Окинаве и Филиппинах.

Таким образом, ряд союзников США, на территории которых могли бы развернуться боевые действия с применением ядерного оружия (выделим ФРГ, раз уж речь идёт о Берлинском кризисе), не имели права голоса в столь экзистенциальном вопросе. В подобной ситуации их требования о создании механизмов, предполагающих участие в выработке ядерной политики и принятии решений, были вполне закономерными.

Впереди был сложный и длительный процесс согласования и создания институтов, обеспечивающих совместное осуществление ядерной политики Альянса, предполагающее разделение ответственности и рисков, то, что стало известно под названием «разделение ядерного бремени» (nuclear burden – sharing/nuclear sharing). Вопросы, связанные с участием союзников в разделении ядерного бремени, были и остаются неразрывно связанными с вопросами их политического веса в Альянсе и влияния на принятие решений.



[1] С 1960 Holy Loch в Шотландии была пунктом базирования американских  ПЛАРБ, несущих БРПЛ Polaris. Jones M. The Official History of the UK Strategic Nuclear Deterrent: Volume I: From the V-Bomber era to the coming of Polaris, 1945-1964. 2017.

 

Комментарии к посту

Комментариев еще нет
loading