Почему иранская ядерная сделка не будет возобновлена

Казелько Алиса
Эксперт международного дискуссионного клуба «Валдай»
29 сентября 2022

На протяжении нескольких лет стороны иранской ядерной сделки публично заявляют о «скорейшем достижении финальных договоренностей», однако на деле переговорный процесс затягивается намеренно. С каждым разом список условий, необходимых для возобновления сделки, пополняется новыми взаимными требованиями, выполнение которых далеко от реальности. Складывается такое ощущение, что вместо ядерной сделки стороны восстановили конфликт: Вашингтон и Тегеран не могут достичь компромисса по целому спектру вопросов, включая расследования МАГАТЭ, взаимные претензии к списку террористических организаций и других пунктов, имеющих косвенное отношение к сделке.

В то же время официальная риторика расходится с практикой: на полях 77-й сессии Генеральной Ассамблеи все стороны уже успели заявить о своем интересе в незамедлительном восстановлении сделки. Является ли подлинным этот интерес?

Санкции выгодны?

Ключом к возвращению сторон за стол переговоров является достижение компромисса по снятию санкций с Тегерана. Судя по динамике переговорного процесса облегчение санкционного бремени наступит очень нескоро. Причина этому – выгода в замедлении экономического развития Ирана.

На глазах развитых стран Иран становится одним из мощнейших игроков, как ни парадоксально, благодаря многолетнему существованию страны в условиях суровых экономических ограничений. Американские санкции послужили для Тегерана толчком для разработки собственных ресурсов и, как следствие, для снижения зависимости от внешних сил. Экономика Ирана демонстрирует высокие темпы роста: по итогам 2021 г. они составили 7,6%, что в два раза больше прогнозов Всемирного банка. В случае ослабления санкционного режима (полное снятие санкций – нереалистичный сценарий), Тегеран будет представлять еще большую угрозу.

На что способен Иран в случае ослабления санкционного режима

Пятая нефтедобывающая держава в мире, Иран способен нарастить добычу на сотни тысяч баррелей в кратчайшие сроки. Так, в 2015 г. добыча за 3 месяца выросла на 700 тыс. баррелей. На данный момент, согласно президенту Института энергетики и финансов Марселю Салихову, Тегеран добывает около 2,4 млн баррелей, однако даже эти показатели не воплощают весь его потенциал. По данным МЭА, потенциальные объемы, которые Иран может поставить на мировой рынок, составляют 1,0–1,2 млн бочек в сутки.

Нефтедобыча в Иране на момент 2022 г.

По общим оценкам, в случае успеха переговорного процесса Ирану потребуется от 3 до 6 месяцев для выхода на потенциальные объемы добычи. Более того, в условиях перепроизводства нефти на иранских нефтебазах скопилось значительное количество готовых к экспорту запасов, поэтому может наблюдаться резкий рост экспорта иранской нефти на мировые рынки сразу же после снятия санкций. Другими словами, ослабление санкционного режима даст возможность иранской нефти залить мировой рынок.

Иранский поворот на Восток

Не может остаться незамеченным и увеличение геополитического веса Ирана – в последние годы Тегеран все более успешно реализовывает свои амбиции не только в регионе, но и на международной арене в целом.

15–16 сентября 2022 г. в ходе саммита ШОС в Самарканде Иран подписал меморандум о полноправном членстве, что символизирует новый этап партнерства со странами-участницами ШОС в экономической, энергетической, торговой сферах. Кроме того, получение Ираном подобного статуса придаст ШОС новые возможности: ей еще предстоит пройти трансформацию в международную организацию и формировать международную повестку.

Тегеран делает заметные успехи и в рамках других международных платформ, в частности в БРИКС. 23-24 июня 2022 г. в рамках XIV саммита БРИКС состоялась встреча в формате «БРИКС+», в которой приняли участие 18 государств. На заседании со своей речью выступил и Президент Ирана Ибрагим Раиси, заявивший о готовности Тегерана предоставить новые возможности странам БРИКС для обеспечения энергетических потребностей и выхода на новые рынки. После саммита руководством Ирана было принято решение о подаче заявки на вступление в объединение, что подтверждает геополитические амбиции Исламской республики. Ожидается, что критерии для принятия новых членов в объединение будут выработаны к следующему году и если страны пятерки посчитают кандидатуру Ирана достойной, уже в 2023 г. он получит право участвовать в деятельности БРИКС в качестве полноправного члена.

Наконец, довольно обнадеживающими являются и перспективы сотрудничества Ирана с ЕАЭС. 26-27 апреля 2022 г. в Москве состоялся третий раунд переговоров по заключению соглашения о свободной торговле Тегерана с организацией. По итогам проведенных встреч иранская делегация выразила удовлетворение динамичным темпом переговорного процесса по устранению пошлин во взаимной торговле. На декларативном уровне интенсивность связей была подкреплена продлением временного соглашения о зоне свободной торговли между ЕАЭС и Ираном. По словам экспертов коллегии и совета Евразийской экономической комиссии (ЕЭК) соответствующее решение будет принято до конца текущего года.

Таким образом, тегеранский курс на интенсификацию интеграционных процессов демонстрирует высокую эффективность: Иран достойно выдержал санкционное бремя и готов к равноправному партнерству, а не партнерству в формате хозяин – подчиненный, как это задумывалось западными стратегами.

Уверенность Тегерана в правильности избранного внешнеполитического курса выводит его конкурентов из строя: сохранение санкционного режима служит единственным инструментом в руках Запада для его сдерживания.

Вероятность возобновления ядерной сделки

Угроза перепроизводства иранской нефти, нависшая над мировым рынком, заставляет стороны сделки действовать из страха. На данный момент санкционная политика – единственное, что способно замедлить стремительный рост иранской экономики. Если геополитическим планам Тегерана по углублению интеграции в международные объединения суждено сбыться, западные партнеры по сделке полностью потеряют рычаги давления на страну. Нежелание допустить возвышения роли Ирана на международной арене заставляет их затягивать переговорный процесс. В этом свете проект финальных договоренностей, на который стороны потратили несколько лет с момента срыва сделки, так и останется лежать на столе переговоров.