Нефть за атом

13.01.2014

10 января 2014 г. агентство Reuters со ссылкой на ряд иранских и российских источников сообщило о ведущихся между Тегераном и Москвой переговорах. Речь шла о двухстороннем соглашении, по которому Иран продавал бы России 500 000 баррелей нефти в день, получая взамен товары на сумму, примерно равную 1.5 миллиардам долларов в месяц (такая схема существует на сегодняшний день между Ираном и Китаем). Впоследствии появились дополнительные подробности: в частности о том, что Россия планировала продавать полученную нефть Китаю. Мировые СМИ поспешили сообщить о «подрыве режима санкций», а член комитета по иностранным делам Палаты представителей США Элиот Энгель назвал ведущиеся переговоры «безрассудными и безответственными».

Впрочем, уже 11 января стройная схема начала разваливаться, глава отдела по связям с общественностью министерства нефти Ирана Акбар Нематоллахи заявил, что никаких переговоров не ведется, не в курсе соглашения оказались и в посольстве Исламской Республики в Москве. Иранская таможенная администрация сообщила журналистам, что не ясно, какие товары Иран может импортировать из России и, хотя список товаров может быть согласован в случае договоренности, пока администрация не получала каких-либо указаний по этому поводу. Никаких подтверждений первоначальной информации Reuters так и не появилось. Впрочем, вопросы к версии информагентства появились сразу же после опубликования новости.

Во-первых, объемы предполагаемых закупок выглядели не очень реалистично. Предполагалось, что Россия будет закупать 500 000 баррелей нефти в день; это больше чем получает в данный момент главный потребитель иранской нефти Китай (примерно 420 000 баррелей в день) и составляет почти 60% от всего иранского экспорта (850 000 баррелей в день) и около 12% от экспорта российского (4 200 000 баррелей в день). У Ирана отсутствует опыт поставок нефти в Россию и исключительно с логистической точки зрения, транспортировка около 50 000 тонн нефти в день была бы едва ли возможна. Наконец, оставалось непонятным, что именно Москва могла продавать Ирану на сумму в 1.5 миллиарда долларов в месяц.

Во-вторых, продажа Ираном нефти не попадает под международные санкции, введенные ООН, но попадает под односторонние американские санкции (фирмы, проводящие операции с иранской нефтью – штрафуются в соответствии с американским законодательством). Зарубежнефть, единственная российская нефтяная компания, имеющая планы по работе в Иране, пока не перешла от меморандума по разработке месторождения Хайям к конкретной деятельности. Согласно женевским договоренностям между Тегераном и шестеркой международных посредников будет приостановлена деятельность, направленная на снижение экспорта иранской нефти, все покупатели смогут продолжать закупки на текущем уровне – заключение новых контрактов не предусматривалось. Утаить продажу 500 000 баррелей нефти в день не удалось бы в любом случае. Зачем России безо всякого повода осложнять отношения с США (с которыми сейчас ведутся напряженные переговоры по сирийскому урегулированию), раскалывать единый фронт группы посредников и разрушать достигнутый тяжелым трудом женевский консенсус – абсолютно непонятно.

Следует отметить, что новость о российско-иранской нефтяной сделке наложилась на другой информационный повод:  женевские переговоры по урегулированию технических разногласий, из-за которых забуксовала реализация ноябрьских договоренностей. Фактически, камнем преткновения стала фраза «Иран продолжит НИОКР, ведущийся под гарантиями МАГАТЭ, включая текущие НИОКР в области обогащения, не направленные на наращивание запасов обогащенного урана». Иран трактует это положение в свою пользу и планирует продолжать исследовательские работы, в том числе для усовершенствования своих центрифуг. Западные  страны, оценивающие опасность, исходящую от Тегерана, количеством месяцев, необходимых последнему для создания ядерного заряда, считают, что развитие центрифужных технологий нарушает дух договоренностей. В начале января в Женеве возобновился переговорный процесс, направленный на поиск консенсуса.

Горячая новость Reuters, появившаяся в разгар этого процесса, оказалась очень похожа на просчитанный слив с иранской стороны ­– вызвать острую реакцию в Вашингтоне и Брюсселе, заставить западные страны усомниться (пусть даже на короткое время) в надежности их механизма принуждения и единстве шестерки, спутать новоприобретенным партнерам по диалогу карты. Все для того, чтобы оказать давление на Хельгу Шмидт и её команду переговорщиков и, тем самым, добиться преимущества для себя.

Сложно сказать, так ли на самом деле развивались события, но если подобный план существовал и был реализован Тегераном, поставленная цель, похоже, была достигнута. 12 января представители Ирана и шестерки объявили о разрешении противоречий и начала реализации женевских договоренностей с 20 января 2014 г. Уже 1 февраля Тегеран получит первый транш в размере 550 миллионов долларов из замороженных 4,2 миллиарда долларов иранских активов. При этом, судя по итоговым заявлениям замминистра иностранных дел ИРИ Аббаса Аракчи, исследовательские работы в области обогащения урана все-таки будут продолжены, правда, без ввода новых центрифуг в действие.   

В одном из своих интервью журналу Индекс Безопасности заместитель министра иностранных дел России Сергей Рябков сравнил переговоры по иранской ядерной программе с покупкой дорогого ковра на восточном базаре. Стартовая цена не имеет никакого отношения к реальности, но, в случае наличия взаимного интереса, начинается реальный торг, где можно выйти на взаимоприемлемую сумму.

Судя по последним новостям, в ближайшие полгода дипломатам, политикам и экспертам, занимающимся переговорным процессом с Ираном, придется всерьез осваивать эту науку, чтобы на равных встретиться с вековыми традициями Базар-е Техран. Главный торг еще впереди.

Комментарии к посту

Комментариев еще нет
loading