В среду, 10 декабря 2025 года, Комиссия по международным отношениям и национальной обороне (CREDN) нижней палаты Бразильского парламента отклонила ратификацию Договора о запрещении ядерного оружия (ДЗЯО). Это решение, объявленное конгрессменом Луисом Филиппом де Орлеансом и Браганса, вновь привлекло внимание к вопросам обороны, международных обязательств и стратегической автономии Бразилии. Депутат подчеркнул, что договор создает непропорциональные ограничения для оборонного потенциала стран, особенно в свете того, что ни одно из девяти государств с ядерным арсеналом не подписало его. Он также отметил, что ДЗЯО фактически делит мир на два лагеря: одни государства, которые не могут развивать ядерные технологии, и другие, которые уже обладают ими или стремятся закрепить за собой право на их развитие.
Комиссия подтвердила, что Конгресс Бразилии последовательно заявлял, что страна не должна брать на себя дополнительные обязательства в сфере нераспространения до тех пор, пока страны с ядерным оружием не начнут выполнять свои обязательства по разоружению, как это закреплено в ДНЯО.
Бразилия вступила в глобальный режим нераспространения ядерного оружия после окончания периода военной диктатуры в 1985 году. С 1998 года она является участником ДНЯО, подписав его в 1995 году, а также с 1967 года – участником Договора Тлателолко о зоне, свободной от оружия массового уничтожения (ЗСОМУ), хотя ратификация этого договора была завершена только в 1994 году. В новой Конституции 1988 года Бразилия официально закрепила отказ от разработки ядерного оружия. В дальнейшем, в 1991 году было создано Бразильско-аргентинское агентство по учету и контролю ядерных материалов (ABACC), которое стало важным двусторонним механизмом верификации. В 1996 году страна присоединилась к Группе ядерных поставщиков (ГЯП), а в 1998 году ратифицировала Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). Однако Бразилия по-прежнему не подписала Дополнительный протокол МАГАТЭ, ссылаясь на необходимость защиты своих национальных интересов, в частности, связанных с развитием атомных подводных лодок.
Ключевым моментом является то, что ДЗЯО, несмотря на свою гуманитарную направленность, является политической декларацией, а не полноценным договором с механизмами контроля. Критики ДЗЯО утверждают, что Договор не может служить реальным шагом к глобальному разоружению, поскольку девять ядерных держав не только не подписали, но и официально отвергли его как эффективный инструмент. В 2018 году страны ядерной пятерки (США, Великобритания, Франция, Россия, Китай) выпустили совместное заявление, в котором выражается их неприятие ДЗЯО. Это создает значительную асимметрию в международной политике, где основные ядерные державы продолжают модернизировать свои арсеналы, а неядерные страны должны соблюдать строгие ограничения.
Подписав ДЗЯО в 2017 году, Бразилия сделала шаг в поддержку глобальных усилий по разоружению, однако, несмотря на это, страна до сих пор не ратифицировала документ. Обоснования для ратификации, изложенные в пояснительной записке к Национальному конгрессу в 2018 году, подчеркивают важность гуманитарной инициативы, но в то же время не скрывают того факта, что традиционные механизмы разоружения (такие как ДНЯО и Конференция по разоружению) не оправдали себя. Основной аргумент сторонников ДЗЯО заключается в том, что ядерное оружие несовместимо с международным гуманитарным правом, что, по мнению критиков, является чрезмерно идеализированным и однобоким взглядом на проблему.
Для Бразилии ратификация ДЗЯО теоретически могла бы соответствовать статье 21 Конституции страны, которая ограничивает использование ядерной энергии исключительно мирными целями. Тем не менее, данный шаг не имеет практически значимых последствий для Бразилии, поскольку страна уже выполняет большинство ограничений, предусмотренных в ДЗЯО, через другие международные соглашения. Например, Договор Тлателолко, ABACC, а также принятые обязательства по ДНЯО уже обеспечивают выполнение многих принципов, заложенных в ДЗЯО.
Ключевым вопросом является возможность ратификации ДЗЯО в контексте развивающейся программы атомных подводных лодок (АПЛ) в Бразилии. Программа «Prosub», в рамках которой строятся 3 дизельные подводные лодки («Риашуэло», «Умаита», «Тонелеро») и атомная подводная лодка «Алваро Алберту», представляет собой стратегический актив, который Бразилия стремится защитить от внешнего вмешательства. Важным моментом является то, что ядерные силовые установки, используемые в этих подлодках, не являются ядерным оружием, но все же имеют военное применение, что вызывает опасения в связи с требованиями ДЗЯО относительно прозрачности и верификации использования ядерных материалов. В свою очередь, Бразильские ВМС опасаются, что ратификация ДЗЯО заблокирует процедуры специального вывода материала, которые военные считают необходимым для защиты критических материалов (в частности, на объекте LABGENE в центре Арамар в Иперо (штат Сан-Паулу), где находится наземный прототип реактора с водо-водяным теплоносителем (PWR), предназначенный для исследования ядерного топлива и технологий реакторов для АПЛ.
Таким образом, несмотря на высокую моральную ценность ДЗЯО, его ратификация не является стратегически целесообразным шагом для Бразилии. Более того, ратификация этого договора может повлиять на позиции страны в международных переговорах и ограничить ее возможности для дальнейшего развития военно-морской программы. Бразилия, сохраняя приоритет в рамках ДНЯО, продолжает придерживаться более реалистичной линии, требующей учета реальных военно-политических интересов, а не абстрактных гуманитарных деклараций.
Ключевые слова: Ядерное нераспространение; ДЗЯО
NPT
E16/SHAH – 26/02/11
