ГлавнаяНаши изданияПИР-ПостПИР-Пост № 28 (73), 2026. От уроков кризиса к будущему: доверие и сценарные модели архитектуры безопасности Ближнего Востока
ПИР-Пост № 28 (73), 2026. От уроков кризиса к будущему: доверие и сценарные модели архитектуры безопасности Ближнего Востока
Истоки текущего витка кризиса, повлекшего за собой изменение всей архитектуры безопасности на Ближнем Востоке, уходят корнями в 2023 год, когда ХАМАС напал на Израиль. В 2024 году между Израилем и Ираном произошел обмен ответными ударами – пусть и в ограниченном масштабе, но они отозвались тревожным эхом и недвусмысленно обозначили: прежняя динамика противостояния постепенно уходит в прошлое, а на смену ей приходит качественно иной уровень. Позднее, в 2025 году, США совместно с Израилем нанесли удары по территории ИРИ, а в 2026 году началась полномасштабная война, в ходе которой был убит Верховный лидер Ирана Али Хаменеи. Иран значительно увеличил интенсивность и охват ответных ударов. Под ответный удар попали американские военные объекты в регионе. Так, были обстреляны американские объекты на территории Турции, ОАЭ, Катара, Кувейта, Бахрейна, Саудовской Аравии, Омана, Иордании и Кипра. Согласно информации, опубликованной в СМИ, по состоянию на 11 августа 2026 года с начала операции «Эпическая ярость» (Epic Fury) Тегеран нанес более 2000 ударов с применением авиации, ракет и беспилотников.
2 марта 2026 года два фронтовых бомбардировщика Су-24М, принадлежащих ВВС ИРИ, пытались нанести авиаудар по авиабазе Аль-Удейд, но их перехватили катарские истребители F-15QA. Впрочем, весьма значительная часть атак по американским объектам достигла своей цели, и вооружённым силам США был нанесён серьёзный ущерб. На данный момент в американском экспертном сообществе даже поднимается вопрос о целесообразности восстановления американских баз в регионе в связи с значительным повышением точности иранских ударов.
Несмотря на то, что оцениваемая вероятность поражения цели (Probability of Kill– прим.) у PAC-2, PAC-3 на «Patriot» равна 0,6-0,9. С точки зрения военно-стратегической, дальнобойные THAAD и «Patriot» оказались практически неэффективны против комбинированных ударов сравнительно дешёвыми беспилотными аппаратами и баллистическими ракетами разной дальности. Этот тезис можно подтвердить рядом фактов.
Были зафиксированы попадания по важнейшим объектам, в т.ч. по радарам систем ПВО ближневосточных стран и баз США в странах Залива, включая радары систем ПРО THAAD; базам ВВС США в ОАЭ и Иордании; базе 5-го флота США и его пункту управления в Бахрейне; авиабазе «Принц Султан» в Саудовской Аравии; использующимся США портам в Омане и ОАЭ; кораблям американского флота, включая авианосец Abraham Linkoln, получивший повреждения в ходе комбинированного удара иранскими баллистическими ракетами и БПЛА-камикадзе.
Уже к августу этого года в монархиях Залива истощились запасы ракет-перехватчиков. Как сообщает Al-Jazeera, сделка, заключенная Пентагоном с крупнейшими компаниями производителями ракет-перехватчиков, позволит утроить производство «Пэтриот» и в четыре раза увеличить производство системы THAAD. Хотя агентство не разглашает условия соглашения, в среду (29 июля 2026 г. – прим.) армия США заключила с компанией Lockheed Martin контракт на сумму более 58 миллиардов долларов на производство ракет-перехватчиков «Patriot». В рамках этой сделки предыдущий контракт на один год стоимостью 4,7 миллиарда долларов, заключенный Пентагоном в апреле этого года, был преобразован в семилетнее соглашение на поставку ракет-перехватчиков.
Оба комплекса де-факто не предназначены для перехвата малых воздушных средств нападения, таких как БПЛА, т.е. первый очевидный урок – необходимость большей диверсификации импорта вооружений.
Вопрос обмена данными об оперативной обстановке остался нерешенным и, по-видимому, требует дополнительных обсуждений. Обмен данными для ПВО/ПРО между указанными странами, если и возможен сегодня, то скорее через США. Вероятно, ОАЭ оповещали Израиль о пусках баллистических ракет из Ирана по Израилю в апреле и октябре 2024 г. и в июне 2025 г., но уверенности в этом нет. США и сами могли передать эти данные Израилю, имея тогда соответствующие радары в некоторых странах Персидского залива.
Высокая стоимость американских систем в сравнении с низкой стоимостью беспилотных аппаратов и других новых технологий делает насущным вопрос о пересмотре сделок и поставок средств противодействия.
Неудача ПРО – усиление кризиса доверия к США
С политической точки зрения, все эти факторы в совокупности, в первую очередь обострили кризис доверия союзников к США. Учитывая существующее недоверие и политические противоречия между аравийскими монархиями, вероятно, они будут искать союзников в регионе не при помощи укрепления взаимодействия друг с другом. Яркое подтверждение этого вывода – недавнее заключение оборонного соглашения между КСА, Турцией и Пакистаном. Так называемое «Мекканское соглашение» – трёхсторонний пакт, предусматривающий создание системы коллективной безопасности по аналогии с НАТО. Интересно заметить, что Турция – одна из сторон, которая состоит в Североатлантическом альянсе и имеет на своей территории одну из крупнейших баз Организации – Инджирлик. Другая сторона – Пакистан на протяжении длительного времени активно сотрудничает с КСА в области обороны. По словам ведущего научного сотрудника Центра ближневосточных исследований Института мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова РАН Николая Сухова, Саудовская Аравия стремится диверсифицировать источники своей безопасности, Турция – расширить влияние в Персидском заливе и рынок для своей оборонной промышленности, Пакистан – укрепить позиции на Ближнем Востоке, получить дополнительные экономические и военно-технические связи с Саудовской Аравией и повысить собственный международный вес. По словам доктора Гэри Сеймура – директора Центра изучения Ближнего Востока имени Крауна и профессора политологии в Университете Брандейса: «Саудовская Аравия и другие страны Персидского залива считают, что их зависимость от США в вопросах защиты не оправдала их ожиданий. Они не могут полностью избавиться от этой зависимости, потому что США – единственная страна, у которой есть возможности и желание защищать страны Персидского залива от стратегических угроз, в том числе от Ирана. Ни Турция, ни Пакистан не являются надежными партнерами в сфере безопасности в случае угрозы Саудовской Аравии со стороны Ирана. Это трехстороннее соглашение – попытка Саудовской Аравии снизить зависимость от США».
Острая фаза кризиса продемонстрировала серьёзные уязвимости в архитектуре региональной безопасности. Комбинированные удары Ирана, включавшие как баллистические ракеты, так и беспилотники, выявили ограниченную эффективность дорогостоящих западных систем ПРО против массированного применения относительно недорогих средств поражения.
Уроки обострения кризиса для аравийских монархий
В результате кризиса у стран региона назрела потребность в диверсификации источников поставок вооружений, развитии собственных оборонных технологий и укреплении двусторонних отношений с различными партнёрами. При этом создание единой системы безопасности в регионе всё ещё затруднено из-за политических разногласий между странами Персидского залива, что подталкивает их к поиску альтернативных союзов вне традиционного альянса с США.
Как итог, можно спрогнозировать ряд сценариев развития ситуации в сфере региональной безопасности, в частности в том, что касается ракетных программ государств Персидского залива. Учитывая, что «Мекканское соглашение» уже подписано и активно развивается, следовательно, на данный момент регион скорее стремится к развитию собственной автономии и созданию принципиально новой архитектуры безопасности. При этом, новые крупные сделки с американскими компаниями также повышают вероятность если не усиления позиций США в Персидском заливе, то их стабилизации, здесь с большой долей вероятности сыграют также упоминаемые нами противоречия между монархиями. Таким образом, сценарии развития ситуации могут быть следующими:
Укрепление стратегического партнерства с США. Последние новости в области заключения сделок с крупнейшими американскими производителями ракет-перехватчиков, показывают, что партнерство с Вашингтоном до сих пор имеет большой вес для аравийских монархий. Здесь, вероятно, наиболее активными могут стать Бахрейн, который является постоянным пристанищем Пятого флота ВМС США.
Развитие региональных альянсов. В этом сценарии, скорее всего, продолжится развитие сотрудничества по линии КСА–Пакистан–Турция. Возможно, объединение будет расширяться по аналогии с евроатлантическим НАТО.
Китайский сценарий. Предположительно, КНР продолжит постепенное укрепление собственных позиций в регионе посредством развития военно-технического сотрудничества с аравийскими монархиями.
Таким образом, новое обострение кризиса на Ближнем Востоке, в особенности период с марта по июль 2026 года, поставило перед аравийскими монархиями вопрос о несостоятельности основных комплексов «Patriot» и THAAD, составляющих основу ПРО и ПВО, в том числе для борьбы со сравнительно дешевыми беспилотными летательными аппаратами, даже учитывая их недавнее перевооружение на модификацию PAC-3, а также с некоторыми баллистическими целями. Высокая интенсивность боевых действий и истощение запасов ракет-перехватчиков, вынуждает Пентагон заключать новые крупные сделки с производителями для ускорения и наращивания производства столь необходимых ракет-перехватчиков. Обмен ударами между американо-израильской коалицией и Ираном имел не только военно-стратегическое, но и политическое значение для государств Персидского Залива. Усилился поиск возможностей диверсификации импорта и инвестиции в собственные разработки в сфере оборонной промышленности. Также, уже существовавший кризис доверия к «американскому зонтику» углубился, что привело к необходимости поиска союзников и попыткам создания новой архитектуры коллективной безопасности в регионе, в том числе с участием Пакистана, Турции и, вполне вероятно, Китая.
