Главная Цифровой бюллетень «Ядерный Контроль» Горячая тема Горячая тема № 4 (31), 2026. «Ядерная программа Ирана явилась предлогом для США и Израиля, чтобы свергнуть законный режим»: Владимир Орлов о ситуации вокруг Ирана и его ядерной программы

Горячая тема № 4 (31), 2026. «Ядерная программа Ирана явилась предлогом для США и Израиля, чтобы свергнуть законный режим»: Владимир Орлов о ситуации вокруг Ирана и его ядерной программы

Орлов Владимир Андреевич

2 марта 2026

Горячая тема

В субботу, 28 февраля 2026 г., армия обороны Израиля нанесла удары по целям в Иране при содействии США. В свою очередь, США нанесли более тысячи ударов за первые сутки операции против Ирана.

1 марта 2026 г. Владимир Орлов, основатель и директор ПИР-Центра, профессор МГИМО МИД России, выступил в эфире программы «Генри Шоу» на информационном канале Соловьёв LIVE, где обсудил с Генри Сардаряном американо-израильские удары по Ирану, нынешнее состояние иранской ядерной программы и ситуацию вокруг возможной передачи ядерного оружия Францией и Великобританией Украине.

Читать расшифровку выступления Владимира Орлова

Всё, что касается ядерного оружия, требует самого внимательного и серьезного отслеживания. Мы, конечно, должны точно определить терминологию относительно сложившейся ситуации, но я сразу могу сказать, что, когда я у себя в организации, в ПИР-Центре, рассматриваю государство, откуда может исходить риск появления ядерного оружия, собственного или размещения ядерного оружия иностранного государства, то Украину неизбежно приходится включать.
Действительно, после начала СВО России удалось в значительной степени купировать потенциальные возможности самого киевского режима создать собственное ядерное оружие. Хотя и здесь невозможно полностью расслабляться.

Нельзя забывать о том, что до семи тонн реакторного плутония имеется у Украины. Да, конечно, нет тех мощностей, которые превратили бы его в оружейный, но мы не можем не учитывать тот факт, что Украина имеет достаточный потенциал для создания ядерного оружия. Наконец, то, что нам сейчас сообщают из Службы внешней разведки России, как минимум заслуживает серьезного внимания.

Почему? Потому что если мы действительно приближаемся к финалу украинского конфликта и поиску решения и дипломатических развязок, то чем мы ближе будем приближаться, тем больше будет провокаций. И провокации со словом «ядерный», они работают гораздо лучше, независимо от того, будут ли они [прим. ред. – провокации] развиваться вокруг ядерных, радиологических, атомных станций или иных критически важных объектов – все это держит людей на нерве. И в этом смысле, и в Великобритании, и во Франции, к сожалению, имеются силы, и мы их видим, и эти силы достаточно влиятельные, которые хотят всеми способами помешать завершению украинского конфликта.

Какими будут эти провокации, мне, конечно, сложно сказать, но могу утверждать одно: в ближайшей перспективе сам киевский режим собственное ядерное оружие, конечно, создать не сможет. Говоря о том, что мы должны внимательно за этим следить, я хочу сказать, что в краткосрочной перспективе такой угрозы не просматривается. А вот сценарий появления в Киеве компонентов, связанных с ядерным оружием, или же появление ядерного оружия третьих стран – маловероятен. Но его следует очень внимательно иметь в виду. Вообще говоря, ведь появление тех или иных вооружений, особенно которые могут быть связаны с авиацией, всегда вызывает серьезные опасения.

Представим, что на Украине появятся французские «рафали» [прим. ред. – французский многоцелевой истребитель четвёртого поколения «Dassault Rafale»]. А что могут эти «рафали» нести? А если эти «рафали» могут нести ядерные боеголовки, например? Что произойдет в случае перемещения ядерного оружия или появление его на территории Украины, принадлежащего европейцам, британцам или французам? Я считаю, что иногда лучше перестраховаться, иногда лучше очень внимательно наблюдать за любыми маркерами, о которых нам сообщила СВР.

Я бы скорее это воспринял как сигнал западникам, сигнал прежде всего европейцам: «Не вмешивайтесь, не суйтесь ни с чем». Что касается ядерных вопросов: делу урегулирования это точно не поможет. Это может быть либо провокацией, либо прямой угрозой безопасности Российской Федерации. Передача в любом виде каких-то технологий, боеголовок и прочих материалов Украине является прямым нарушением всех международных обязательств, какой бы то ни было страны, которая в настоящий момент обладает этим оружием, то в НАТО рассматривается перспектива как раз представить ситуацию как чудесную разработку непосредственно украинцев, которые каким-то невероятным образом вдруг пришли к таким технологиям.

Если будут такие попытки, как на это отреагировать? Потому что, хочу сказать честно, когда читаешь и их официальные заявления, и материалы многих их аналитических центров, есть ощущение, что наше христианское милосердие, благоразумие и желание спасти человечество от Третьей мировой войны там воспринимается исключительно как нерешительность.
Может же европейцев в какой-то момент в больной голове возникнуть идея о том, что Россия ничего не предпримет в случае передачи в каком-либо виде ядерного оружия Украине. Это же возможно? Я думаю, что в больной голове у нашего противника, к сожалению, могут возникнуть самые разные идеи. Именно поэтому мы внимательно следили за этим сюжетом, учитывая как возможности появления радиологического оружия, так и возможности создания «грязной бомбы». Россия подключала там, где это возможно, МАГАТЭ, чтобы перестраховаться. С одной стороны здесь важна сдержанность, а с другой – жесткость.

Я не думаю, что российскую сдержанность там, где это касается ядерного оружия, воспринимают как слабость. Я вижу, что серьезные люди и в Вашингтоне, и в европейских столицах не воспринимают наше поведение здесь как слабость. наоборот, они декларируют повышение возможностей Российской Федерации применительно к ядерному оружию. Россия очень аккуратно скорректировала свою военную доктрину в ядерной области. Мне кажется, что это ответственное поведение. Оно вызывает большое уважение в мире и у таких наших партнеров, как Китай, Индия, у других государств, но здесь важно не только «разговорами разговаривать», но и держать порох сухим.

И наш противник должен знать, что мы держим наш порох сухим, и если появится ядерный фактор в конфликте между Россией и Украиной, то у России совершенно здесь все руки развязаны на предмет дальнейших действий.

Говоря про ситуацию вокруг Ирана, то стоит отметить, что я лично прекрасно помню многие из этих заявлений вокруг иранской ядерной программы, более того, помню где-то в конце 1990-х встречался с Беньямином Нетаньяху, и он вопроизводил ту же самую риторику, которая преобладает в Тель-Авиве относительно того, что в течение нескольких недель или месяцев Иран будет близок к созданию ядерного оружия. Мы знаем, что у Ирана есть продвинутая ракетно-ядерная программа.

Израиль не является безъядерным государством и имеет не менее 80 ядерных боеприпасов. Но, как видите, это не просто сходит в руки об этом, а никто даже и не вспоминает нынешние ситуации, кроме, наверное, нескольких экспертов из преимущественно тех государств, которые обеспокоены ткущей ситуацией в Иране. Как бы то ни было, Иран достаточно давно создавал свою продвинутую ядерную программу. Да, в ней имелись на разных этапах определенные военные действия. Лично мне неизвестно после 2003 года, чтобы Иран продолжал развитие военного компонента своей ядерной программы.

Но то, что мне совершенно точно известно, что ни на сегодняшний момент, ни в ближайшей перспективе Исламская Республика Иран создать собственное ядерное оружие не может. И не могла бы безотносительно той второй агрессии, которую мы имеем сейчас со стороны США и Израиля.

При этом есть более 30 объектов, некоторые из которых нам очень хорошо известны. Судя по всему, зарыты и упрятаны горные породы. Наверняка мы будем свидетелями как раз того, что завтра или послезавтра, прежде всего американцы будут пытаться глубинными бомбами дочистить то, что не было дочищено в июне прошлого года во время первой операции в Иране. Вероятно, у Ирана где-то есть до 440 килограммов высокообогащенного урана, точно сказать не могу, но в общем, если эти наблюдения верны, то в потенциале этого может быть достаточно для создания до 10 боеголовок.

Мы здесь говорим об очень многих условных наклонениях. Давайте назовем вещи своими именами: американцы и израильтяне идут на «regime change»: на государственный переворот. А если мы будем наблюдать это явление, то это представляет наибольший интерес.
Нет вероятности, что Иран не сможет создать ядерное оружие. Да, это достаточно долгий цикл, и иранцы, создавая определенные элементы своего ядерного топливного цикла, все-таки в основном ориентировали его на мирные рельсы. Для переключения с мирных рельсов на военные рельсы требуется время. Представим себе Японию: по моим представлениям, на переключение ее ядерной программы с мирных рельсов на военные потребуется всего пять недель. Даже если мы что-то упустили или что-то не знаем, то инспекции МАГАТЭ были беспрецедентно настроены в отношении Ирана.

Возможно, инспекторы МАГАТЭ не все объекты в Иране посмотрели, но очень была хорошая «просматриваемость». Я думаю, никто не был заинтересован в появлении ядерного оружия у Ирана, ведь не только Соединенные Штаты и Израиль, но и наша страна в этом не заинтересована. Иран мог смотреть, изучать какие-то аспекты, но двигаться семимильными шагами в сторону создания собственного ядерного оружия не двигался. Нам такие Сигналы неизвестны. Больше того, после июня 2025 года, после первой серии атак США и Израиля на Иран, вообще ядерная программа Ирана вступила в период достаточно большой неопределенности.

Я осознаю, что израильтяне будут рассказывать прямо другие истории, но, опять же, им проблема иранской ядерной программы нужна была, как мы сейчас уже видим, как повод для смены режима, для зачистки, потому что много кто сегодня в информационном поле говорит о ядерной программе Тегерана.

Американцы «отбомбятся». Но мы это уже проходили в некоторых случаях. Например, мы проходили это в Ираке в 2003 году. Американцы это знали, англичане также были в курсе этого. У них были свои задачи по Ираку. Пришли американские военные, а потом через несколько месяцев издали толстенный доклад ЦРУ, где было написано буквально следущее: «искали, искали ядерное оружие, не нашли».

Все вышеперечисленное делается США, Израилем и их союзниками исключительно для того, чтобы нагнетать напряженность, подкидывать это в том числе в качестве раздражителя для соседей Ирана по региону Персидского залива, а также для того, чтобы они тоже понервничали или где-то втихаря прогнулись: либо поддержали американцев с израильтянами, либо не мешали, чтобы эта карта была разыграна.

Тем не менее, сегодня по-прежнему существует большой скептицизм относительно наличия у Ирана ядерного оружия: в конечном счете нельзя исключать вариант, что США в какой-то период времени вывезут с Ирана на свою территорию определенное количество обогащенного урана и заявят об «успешном решении иранской проблемы». У меня есть подозрение, что дело идет именно к этому…

Данный комментарий основан на выступлении Владимира Орлова в программе «Генри Шоу» на информационном канале Соловьев LIVE от 1 марта 2026 г.

Ключевые слова: Ядерное нераспространение; ИЯП; Иран

NPT

E7/AST – 26/03/02