ПИР-Пост № 16 (62), 2026. Рано подводить итоги

Дональд Трамп заявил о вступлении в силу режима перемирия с Ираном. Предполагается, что он продлится две недели и станет основой для дальнейших переговоров о полной заморозке конфликта.

Впрочем, несмотря на оптимистичный настрой, говорить о том, что данный виток напряженности близок к завершению, пока преждевременно. Стороны договорились о встрече в Исламабаде (предварительно намечена на 10 апреля) и подтвердили курс на деэскалацию, но продолжают периодически нарушать режим тишины. В частности, был атакован НПЗ на юге Ирана. В ответ на это Исламская Республика нанесла удар по территории ОАЭ. Впрочем, с учетом прежней интенсивности противостояния, это можно счесть за отдельные эпизоды, не слишком влияющие на итоговую картину.

С учетом текущего развития событий, у США остается несколько вариантов дальнейших действий.

Первый – дипломатический, подразумевающий принятие всех (или, по крайней мере, большинства) условий, выдвинутых Тегераном. Он видится Вашингтону наиболее болезненным. В том числе потому, что подразумевает закрепление контроля Ирана над Ормузским проливом, отказ от санкционного и политического давления на Республику (в том числе в контексте иранского «ядерного проекта»), а также выплату компенсации за 37 дней активных боевых действий. В довесок США должны будут вывести свои войска из региона, что станет свидетельством о серьезности намерений Белого дома прекратить вражду. С учетом имиджевых, финансовых и политических потерь, которые Штаты понесут при полном удовлетворении иранских требований, его реализация выглядит почти невозможной.

Второй вариант – силовой. Предполагает подготовку к очередному витку эскалации под прикрытием дипломатического трека. Здесь Вашингтон может действовать достаточно широко – например, провести ограниченную сухопутную операцию на территории Ирана или организовать захват нефтяных танкеров Республики. Однако позитивный эффект от таких акций будет краткосрочным – а ущерб дипломатии значительным. Существует риск, что на следующую «разрядку» иранцы в таком случае попросту не согласятся.

Наконец, третий вариант предполагает дистанцирование. Вашингтон выйдет из конфликта на Ближнем Востоке на своих условиях, но сохранит контроль над ситуацией через Израиль и других региональных союзников, чьими руками и будет давить на Иран. Этот сценарий видится Белому дому наиболее выигрышным, но перейти к нему пока не получается – в том числе из-за нежелания большинства региональных акторов вовлекаться в затяжной конфликт.

У Израиля пространство для маневра несколько уже. В Западном Иерусалиме не очень рады внезапному перемирию (поскольку не достигли части задач, поставленных ранее в рамках «Львиного рыка»), но вынуждены подчиняться Вашингтону, чтобы не провоцировать раскол внутри антииранской коалиции. В качестве своего рода отдушины у израильтян остается ливанский ТВД, где силы ЦАХАЛ продолжают наступление на позиции «Хезболлы». Однако и это направление постепенно схлопывается, поскольку Тегеран предусмотрительно включил прекращение боев в Южном Ливане в свою дипломатическую программу. Стоит ожидать, что израильтяне в ближайшие несколько суток не только попытаются закрепиться на занятых территориях, но и максимизируют давление на военную инфраструктуру «Хезболлы», чтобы создать видимость выполнения основных задач за пределами своих северных границ.

Ключевые слова: Иран; США

RUF

E16/SHAH – 26/04/08